Я спросил Ирину:

– Это он? – указывая на улыбающегося черноволосового франта в окне вагона.

– Да, – вздохнув, сказала она. – Это было моим мужем в течение пяти лет, – добавила она, нарочно называя его в среднем роде.

Я пожал плечами и стал двигаться к тому месту, где приблизительно должна была оказаться дверь тринадцатого вагона. И тут я заметил, что меня достаточно бесцеремонно толкнули в область плеча. Я обернулся и едва успел заметить плотненького черноволосого коротышку в мажорном костюме и итальянских ботиночках. Коротышка, несмотря на свою представительную одежду, был небрит. Он суетливо подбежал к останавливающемуся поезду и осведомился у проводника, точно ли это тринадцатый вагон. Тот вместо ответа указал ему проводницким жезлом на большую цифру «13», висевшую рядом на окне.

Коротышка покачал головой и вроде бы успокоился. К нему подошла свита, состоящая из трех человек. Все они были выше него ростом, вели себя довольно уверенно и, судя по их неотесанным мужественным физиономиям и гоблинской одежде, не слишком обременяли себя умственными занятиями. На мой взгляд, всех их можно было забирать в отделение милиции для установления личности с последующим тестированием на связи с террористическими группами. Тем более что у одного из них я заметил на груди значок с портретом Джохара Дудаева.

Неожиданно коротышка выставил руки вперед, и его лицо залила самая лучезарная улыбка, которую я, наверное, видел в своей жизни.

– Привет, дорогой, привет! – по-русски сказал он.

Ему так же по-русски, но очень сдержанно, озираясь по сторонам, ответил красивый статный брюнет с восточными чертами лица:

– Здравствуйте, Иса. Пойдемте скорее, у меня мало времени.

Для меня несколько странно было наблюдать эту сцену, так как обычно, когда встречаются «восточные люди», они несут всяческую радостную тарабарщину со скоростью пятьсот слов в минуту. А здесь – на языке межнационального общения...

Тут в разговор встрял проводник, лицо тоже явно не славянского происхождения.

– И все-таки как похож на Вахтанга! – сказал он, глядя на вышедшего из вагона брюнета, причмокивая и качая головой.

Брюнет смерил его уничтожающим взглядом и вместе с коротышкой и его свитой удалился в здание вокзала.

Моему же взору предстал Дмитрий Живосалов. Он был в весьма приподнятом настроении и, не придавая значения тому, что лицо его бывшей половины выглядело несколько опухшим от бессонных ночей, радостно чмокнул Ирину в подставленную щеку.

– Митя, – сказал он, небрежно подавая мне ладонь для приветствия.

– Валерий, – ответил я.

– Очень хорошо. Мне нравится это имя, – поведал Живосалов. – Как я понимаю, вы частный детектив, которого наняли для расследования?

Я утвердительно кивнул.

– Имя Валерий особенно идет частным детективам. В следующем сериале я обязательно выведу сыщика-Валеру. Пойдемте в город, – энергичным жестом пригласил нас Дмитрий, словно это мы приехали к нему в гости.

– Митя, зачем ты приехал? – спросила у него по пути Ирина.

– Как это зачем? – удивился Живосалов. – У тебя проблемы, может, я помогу их решить. Кстати, где Мишель, почему он не пришел меня встречать?

– Он же работает, в отличие от некоторых, – вздохнув, ответила Ирина.

– Ну, вот видите, нас отнесли к некоторым, – сказал, посмотрев на меня, Живосалов. – Тебе не обидно, Валера? – спросил он, почему-то переходя сразу на «ты».

Я ничего не ответил, поскольку обдумывал результаты расследования вчерашнего дня.

Вчера я все же побеседовал с жильцами подъезда Вонюковых. Собственно говоря, результативной была встреча лишь с одной его обитательницей.

Сначала мы вышли с Ириной во двор, и она представила меня постовым у подъезда. Я воодушевился и напустил на себя важный вид. Однако мои ожидания оказались абсолютно неоправданными. Старушки почему-то проявили редкостное непонимание целесообразности моей деятельности и отнеслись ко мне крайне недоверчиво. Я, всего лишь час назад гордо проследовавший под их взглядами, оказался в унизительной роли информационного попрошайки.

Ирина успокоила меня, заметив, что главный информационный источник подъезда, постоянно держащий руку – или, скорее, уши – на его пульсе, некая Анна Петровна из семьдесят пятой квартиры, еще не подошла. Словно откликаясь на эти слова, подъездная дверь распахнулась, и на его пороге появилась полная пожилая женщина. Она сразу же направилась к Ирине, не обращая внимания на других собравшихся.

– Какое несчастье, Ирочка! – всем своим видом выражая глубочайшее сочувствие, проговорила Анна Петровна. – Так ничего и не слышно? – спросила она и затаила дыхание.

– Пока нет. Кстати, познакомьтесь, Мареев Валерий Борисович, он расследует это дело, – Вонюкова обратила внимание пенсионерки на меня. Собственно говоря, этого делать и не надо было, поскольку за время недолгого общения с Ириной Анна Петровна уже несколько раз успела стрельнуть в меня оценивающими взглядами. Я отвесил Анне Петровне галантный поклон.