Анализируя с этой точки зрения предварительные итоги русской зимы 11–12 годов, можно сделать следующие выводы.

Основной причиной временной неудачи протестного движения явились не ошибки оппозиции (каковых было много) и не сравнительная малочисленность протестующих.

В иных обстоятельствах и 100 000 демонстрантов было бы достаточно для падения власти, не имеющей активной и бескорыстной массовой поддержки. А путинский режим и его партия жуликов и воров такой поддержкой сегодня явно не обладают.

Его сопротивляемость проявилась в другом. Тандем российской клептократии выдержал серьезное испытание на прочность. Раскола «элиты» вдоль потенциальной линии разлома не произошло.

Подлинным тандемом являются, разумеется, не сладкая парочка известных карапузиков одной крови, а две структурообразующие ОПГ власти — силовики и системные «либералы», сечинцы и чубайсисты.

Невиданное в течение многих лет количество и энергетический драйв протестующих, значительная часть которых ментально и социально ориентировались на сислибов, поставили последних перед искушением и дилеммой:

— опираясь на протест улицы и свои разветвленные позиции в государственном аппарате, бизнесе, СМИ, обрушиться на сечинцев, оттеснивших их от самых лакомых финансовых потоков;

либо

— «возглавить» протестное движение и увести его в безопасное для власти русло (мы должны влиять на власть, а не менять её) и тем самым повысить свою капитализацию эффективных решал внутри их совместного с силовиками ЗАО «Российская Федерация».

После мимолетного колебания была выбрана вторая стратегия. Страх остаться наедине со страной без Путина и его опричников оказался сильнее чем ненависть к ним.

К протестующим были посланы талантливейшие комиссары сислибов из их идеологической челяди и гламурной обслуги (пархоменки, парфеновы, собчачки).

Режим устоял и услуги чубайсистов будут достойно вознаграждены их солидным представительством в новом правительстве.

Избавление страны от неправедного нелегального и преступного режима остается для всех мыслящих людей России задачей национального спасения. Трусливая и бесплодная российская петро-порно-буржуазия органически не способна, как показал нам опыт декабря, стать союзником общества в её решении. Это Их власть, которую они создали, которая служит их интересам, к высшей касте которой они принадлежат.

Как асадовские алавиты, путинские жулики и воры всех мастей будут стараться hang together как можно дольше, чтобы не hang separately.

Значит, следующая волна протеста окажется не только более массовой, но и будет иметь несколько иную социальную природу. Тогда необходимый и неизбежный раскол верхушки произойдет обвально по многим индивидуальным линиям разлома в форме панического бегства с корабля.

Как справедливо предупреждал мудрый охранитель власти Михаил Дмитриев [8] —

«Остановить эти протесты будет практически невозможно. Попытка опоры на силу быстро обратится против самой власти, поскольку приведет к окончательной утрате легитимности режима в глазах населения и к эскалации конфликтов на этой почве».

Стремительно теряющий адекватность «президент», разумеется, будет готов отдать любой преступный приказ, чтобы удержаться у власти. Он и отдает такие приказы ежедневно. Жестокие разгоны мирных протестных акций, облавы на оппозиционеров, слежка за гражданскими активистами и угрозы физической расправы в их адрес стали повседневной практикой.

Но на массовый террор режим не способен. У него просто не найдется для этого достаточно исполнителей. Отношение подавляющего большинства сотрудников силовых структур к кремлевским ворам и их ко-паханам хорошо известно. За Путина и Чубайса никто не станет умирать. И за них мало кто согласится убивать.

9 мая 2012 года

6 мая к вечеру мы получили ответы на два вопроса, критически важных для понимания динамики политических процессов в России на ближайшую историческую перспективу. Затухает ли протестное движение и, если нет, то как на него будет реагировать власть?

Оптимисты среди организаторов марша надеялись, что придут в лучшем случае как в марте 15–20 тысяч демонстрантов.

Гламурные VIP’ы, трепетно лелеявшие собственный миф о том, как именно они, прекрасные и креативные, обеспечили массовость зимних митингов, все как один уклонились от участия в заведомо провальном, на их взгляд, мероприятии.

Только неожиданный и оглушительный масштаб протеста и его энергетика заставили их через несколько дней замахать белыми ленточками из Парижа, чтобы напомнить о себе, любимых.