И Юля шагала нам навстречу. Худая и синяя. Рядом с ней даже Саша упитанной кажется. А потом у Саши волосы красивые, а у Юли жидкие, точно она облысела от голода. Нет, на самом деле, бледная, как королева вампиров. Стали обниматься. Сначала девчонки, потом, к совершенному моему удивлению, точно так же Юля обняла меня. Она была выше почти на полголовы и повисла на мне, как искусственный скелет, а я растерялся и тоже ее обнял, Юля всхлипнула. Расчувствовалась, кажется.

Герду обнимать не стала, просто погладила ее по голове.

– Рада вас видеть, – сказала Юля. – Рада. Нам туда. Метров триста тут. Может, восемьсот.

– Юль, а почему Мамонтовка? – спросила Алька. – Здесь останки мамонтов обнаруживали?

– Не знаю, может, и обнаруживали. Здесь много чего есть. А название из-за сопок.

Юля махнула в сторону холмов.

– В лучах заката они на мамонтов похожи.

Мы поглядели на сопки. Не знаю, сопки сопками, на мамонтов совсем никак не тянут, хотя местным, наверное, виднее. Так, холмы.

– Они красивые, – сообщила Юля. – А вон мой дом. Недалеко ведь, да? Километр всего.

Недалеко, точно, не километр, полкилометра. В крыше дома издалека виднелась дыра. Размером с баскетбольный мяч, крокодил средних размеров пролезет.

– Это как? – Я указал на дыру.

– Метеорит упал, – пояснила печально Юля. – Небольшой такой, с орех.

Продемонстрировала кулак.

И тут же засмеялась своему юмору. Саша ее поддержала, а Алька поддержала Сашу, вот так они и рассмеялись все, и я присоединился.

– На самом деле неизвестно, что это, – сказала Саша. – Что-то упало, а что именно, мы так и не поняли. Может, на самом деле метеорит.

Подошли к дому. Юля выдала мне трухлявую лестницу, и я полез на крышу, а девчонки принялись что-то строить из бутылок.

Оказалось, что чинить крышу не так уж и сложно, главная трудность – не свалиться, а так все вполне себе просто. Я починял крышу, поглядывал вниз, дышал речным воздухом.

Алька вооружилась граблями и сгребала листья, причем старательно, с интересом. Саши и Юли видно не было, они за углом возились с пластиковыми бутылками и хихикали. Зато мне сверху отлично виделась Герда, она тоже была занята делом, грызла поливочный шланг. То есть не особо грызла даже, а так, философски кусала, с одной стороны в пасть входил зеленый шланг, с другой стороны вываливались разрезанные куски. Развлечение что надо.

Крыша чинилась хорошо, я от себя не ожидал. Ну, если честно, это было не сложно, сметай старый мусор, подтягивай съехавшие пластины и подбивай их гвоздиками, чувствуй себя при этом мастером.

Забавно все-таки. Я ведь ее как-то совсем почти не знаю, два раза встречались, а потом раз – и согласился чинить крышу. Точно мы сто лет знакомы. И вот сижу на крыше, откуда можно свалиться…

Но я не упал. Более того, залатал дыру как надо. Ну, может, не совсем идеально, но и не позорно, сойдет для первого раза. Спустился осторожно.

Девчонки построили пальму. Из пластиковых бутылок. Пальма выглядела несколько ширпотребно, но в качестве украшения ландшафта вполне могла сойти. Да вообще, во дворе Юлиной дачи она смотрелась вполне себе живописно. И рядом с Юлей живописно.

– Отличная пальма, – похвалил я.

– Угу, – уныло кивнула Юлька. – Защищаться по ней буду.

– То есть?

– Диплом. «Ландшафтная среда малых городских поселений: новая парадигма дизайна». Короче, как своими руками украсить улицу. Пластиковые пальмы, картонные одноразовые скамейки, можно много чего еще придумать, у меня там в конце план.

– Мы этот план в комитет по благоустройству отправили, – сообщила Саша. – И там рассматривают вполне серьезно…

– В городе будут пальмы из бутылок? – спросил я.

– Не, – хлюпнула носом Юлька. – Пока только для дошкольных учреждений. Разрешили два садика оформить, но это уже хорошо.

– Она из покрышек чудесных лебедей вырезает, – сообщила Саша.

– Из покрышек? – спросила Алька. – У нас полно покрышек, может, у нас в саду лебедей поставить? А то у нас там газон пустой…

Я представил вырезанных из покрышек лебедей в нашем саду и подумал, что мать не одобрит. Лебеди из покрышек. Гномы. Однажды нам подарили гнома с дудкой, мама его на следующий день случайно разбила. Ибо мещанство.

– У нас мама птиц не любит, – сказал я. – Ее в детстве вороны поклевали.

– Так мы лебедей поставим, – возразила Алька. – При чем тут вороны?

– Мать не любит всех птиц, – напомнил я. – Лучше не рисковать.

Саша хмыкнула.