Вот и сейчас, выпив полбутылки пива, он с виноватым видом встретил Ларису.

— Привет, я уже дома, — сказал он. — Какие новости?

Евгений очень старался быть приветливым.

— Новости? Да как сказать… — Лариса несколько растерялась, занятая своими мыслями.

Ей в принципе не очень хотелось втягивать мужа в дела, которыми она занималась, — это уже стало своего рода ее принципом, который вполне укладывался в концепцию «один дом — две жизни». Однако сейчас она решила использовать Евгения с пользой для дела.

— У меня к тебе просьба, Женя, — вздохнула она, присела рядом с ним и закурила свой любимый «Кент».

— Какая же? — с готовностью откликнулся Котов.

— Довольно щекотливая.

— Да у тебя, похоже, почти все просьбы щекотливые, — отважился сострить Женя.

— Я не так часто к тебе обращаюсь, — нахмурилась Лариса, и муж снова принял покорную позу. — Короче, надо через твоего знакомого Мурского пробить один телефон. Узнать, кому он принадлежит и где этот самый человек живет.

— Как? Ты снова в деле, что ли? — пришла очередь нахмуриться Евгению.

Лариса ничего не ответила. Она держала перед собой газету с тем самым объявлением и телефоном, на которые купилась Клавдия Алексеевна. Она обнаружила этот телефон после нескольких часов изучения старых газет.

Собственно, она не стала бы обращаться к мужу, а сделала бы это легко через своего старого знакомого в милиции Олега Карташова, который даже был одно время ее любовником, но… Этот вариант отпал, когда в управлении ей сказали, что Олег Валерьянович отбыл на курсы повышения квалификации в Москву и будет на рабочем месте только через несколько дней. Поэтому оставался только Мурский, но с ним связываться было сподручнее через Евгения.

Правда, Котов тут попытался уйти в сторону.

— А что бы тебе самой ему не позвонить? — спросил он.

— Он же твой родственник! — искренне возмутилась Лариса. — И в конце концов, должна же быть от тебя какая-то польза! Это почти семейное дело, связано с Татьяной.

Евгений вздохнул, отпил пива из бутылки и потянулся за телефоном. Потом взял газету и, прочмокав «Очень интересно, очень…», набрал номер.

— Алло, товарищ подполковник? Гражданин Котов вас беспокоит…

— Женька, ты? — забасила как могла телефонная трубка, не в силах передать своими слабыми мембранами грозовые раскаты могучего голоса подполковника ФСБ Вольдемара Мурского.

Его, впрочем, сам Евгений предпочитал звать «дядя Волик».

— Ты чего звонишь? — прямо спросил Мурский, не отличавшийся особым тактом, и Евгений слегка поморщился. — Желаешь в гости напроситься или сам позвать? — продолжил контрразведчик, не дождавшись ответа.

— Просьба у меня, дядя Волик.

— Излагай, — коротко крякнул в трубку Мурский.

— Есть у меня один телефончик. Надо бы узнать, кому он принадлежит и где счастливый обладатель его прописан.

— Да? — слегка подумал Мурский. — Ладно, давай. Только за тобой приглашение в гости. Я очень люблю, как готовит твоя жена.

Помимо отсутствия такта, Мурский имел еще один недостаток: он был настоящим Гаргантюа. Он был неравнодушен к еде, особенно такой изысканной, которая подавалась в ресторане «Чайка» и дома у Ларисы для гостей. И Евгений был вынужден сказать:

— Да, я приглашаю тебя в выходные.

— Идет. Диктуй телефон.

— 65-78-92, — произнес Котов.

— Жди. Через пять минут перезвоню.

Мурский действительно перезвонил ровно через пять минут и сообщил следующее:

— Аппарат установлен по адресу: 5-й проезд Строителей, дом 4, квартира 23. Проживают в квартире Симонова Мария Ивановна, сорок восьмого года рождения, Симонов Анатолий Михайлович, сорок пятого года, и их сын Константин Анатольевич, шестьдесят восьмого года. Отец работает слесарем на заводе «Корпус», мать — уборщицей в гастрономе, а сын — продавцом в фирме под названием «Сириус».

Продиктовав все это, подполковник поинтересовался, не собирается ли Евгений предпринять против этих людей какие-либо карательные меры, выходящие за пределы уголовного кодекса, и, получив заверения, что нет, а также еще раз напомнив о приглашении Евгения на званый ужин, отключился.

Лариса, получив данные, записанные Евгением, убрала бумажку к себе в сумочку.

Особенно заинтересовал ее сын семейства Симоновых, по возрасту подходивший под описание некоего Алексея, наведывавшегося на квартиру к Клавдии Алексеевне. Ей не терпелось взяться за дело, хоть в квартире не проживало никаких Алексеев. Однако, если предположить, что преступники не дураки, они и не должны действовать настолько явно, чтобы их можно было легко обнаружить.

Она прошла в свою комнату, прилегла на кровать и обдумала свои дальнейшие действия. Во-первых, нужно придумать, под каким предлогом она появится в указанной квартире. Может быть, скажет, что ошиблась квартирой, разыскивая кого-то другого. Или представится коммивояжером… Нет, пожалуй, она скажет, что работает в компании и ей поручили провести социологический опрос. Ну, скажем, что-нибудь о телевидении или о фильтрах для очистки воды. На этом она и остановилась. А дальше можно будет сориентироваться по ходу разговора.