— По говору ты вроде бы землячка наша?

Наташа улыбнулась:

— Здесь я родилась… Недалеко…

— Зашла я сюда и, глядя на тебя, подумала: такая ты молодая, а, видно, в жизни многого добилась? Воюешь, значит?

— Девушек на войне тысячи. Вот и я, — ответила Наташа. — И в войсках ПВО, и штурманы авиации, и водители, и снайперы, и мало ли еще? Одних медиков сколько!..

— Уважаю всех! Радостно мне, Наташа, что и наши девушки тоже на фронте есть. Только я словно на отшибе живу… Тяжело как-то, боязно — не упрекнули бы?.. Посмотрела на тебя и подумала: какая-то бесполезная, лишняя я на войне… Что для нее делаю? Пятьдесят рубах и штанов сшила для партизан да сотню рукавиц связала. А разве во мне сил мало? Только без применения они… Куда подашься?! Помыслы одни, а на деле другое получается… Ты, наверно, совсем другая…

На чердаке они проговорили не меньше часа. Наташе понравились непосредственность и откровенность Маши.

Когда девушки сошли вниз, Маша познакомила Наташу с матерью, потом принесла со двора в сенцы умывальник, подала мыло и полотенце.

— Неужели мужиков хватать не стало, — вздыхала Арина, — если по тылам девчат стали гонять? Их ли дело среди немцев бродить? И без того многих женщин опозорили…

Аринины соображения насчет «нехватки мужиков» развеселили Наташу.

— Да уж ладно! — согласилась старуха в ответ на добродушный смех Наташи. — Вам, молодым, виднее. Одурела я совсем… Знала бы ты, какую ношу на себе тащим.

Причесавшись у зеркала, Наташа снова поднялась на чердак. Следом явилась Маша, и опять начался бесконечный и интересный для обеих разговор.

Стук в дверь заставил девушек затихнуть и прислушаться.

Арина впустила кого-то.

— Отец не так ступает, — прошептала Маша.

— Здравствуйте, Арина Никитична, — раздался женский голос. — К тебе я…

По голосу Маша узнала соседку Татьяну.

— Проходи…

— Значит, и до вас беда добралась? — продолжала Татьяна.

«Беда? Какая беда?» — спросила себя Маша.

Перепуганная, она торопливо спустилась по лестнице, убрала ее и вбежала в горницу. Послышались плач и причитания Арины.

Через несколько минут соседка ушла. И почти тотчас же на чердаке появилась бледная Маша.

— Папаню арестовали, — тихо сказала она и заплакала.

— За что? — не сразу спросила Наташа.

— Откуда нам знать?

На чердаке стало тихо. Только всхлипывала Маша, прижавшаяся к Наташиному плечу.

— Надо мне уходить. Могут прийти с обыском…

Дела принимали серьезный оборот. Над головой Козьмы Потаповича, над всей его семьей нависла опасность.

Наскоро посоветовавшись, женщины единодушно решили, что Наташе надо немедленно скрыться.

Маша вызвалась проводить ее за село, до лесной тропинки на Неглинное. Чтобы отвести глаза немецкому часовому у моста, они взяли с собой лопаты: жители Воробьева чинили в эти дни дорогу.

Выйдя за околицу, девушки напрямик лугом пошли к мосту. Немецкому часовому Маша, которую почти все солдаты комендатуры знали в лицо, нарочито любезно поклонилась, и они спокойно перешли реку.

— Не уйти ли мне с тобой, пока не поздно? — спросила Маша. — Бог знает чем все кончится? Нас с матерью тоже не помилуют за отцовские дела. Ты же не знаешь всего…

— Козьма Потапович — человек решительный… И ничего им о своих делах не скажет.

— А ты иль знаешь что? — тревожно спросила Маша, задерживая шаг.

— Кое-что знаю… Меня вам бояться нечего.

— Я понимаю… Только страшно все-таки, когда лишний человек знает. Я лучше бы умерла, чем тебя предала! — уверенно сказала Маша и, взглянув на землячку, доверчиво коснулась ее руки.

— Я тоже… Помни: что бы ни случилось — вы знать ничего не знаете. Главное, как бы ни подлавливали — ничего не говорите. Уличить отца не так-то просто…

Они шли по лесной тропинке. Километрах в двух от Воробьева, взвесив все, Наташа сказала старостиной дочке то, что при иных обстоятельствах предпочла бы скрыть. Она предупредила Машу, что к Козьме Потаповичу придет человек от Дяди.

— Скажешь, что я буду ждать его на Мокром Лугу завтра, к одиннадцати часам ночи. Запомни: пусть он идет между дубов и летучей мышью процыкает. Тогда я совой прокричу. Он пускай скажет: «Сова, загадай на Наташу». Я отвечу: «Это я». А он в ответ: «Я от Дяди»…

Маша все запомнила. По просьбе Наташи она безошибочно повторила задание слово в слово.

— Правильно! Дорогой еще повтори несколько раз. Вся надежда на тебя, не подведи…

— Что ты! Все сделаю. А не придет человек от Дяди, сама добуду его для тебя. Жди у дубов на Мокром Лугу. Надо будет — сама приду…