– Энгор, ты ведь прикрываешься силами да поддержкой Минри Хайнека и в любом случае ему всё потом расскажешь. Так что давай зови его сюда, может, и он что дельное подскажет. Всё-таки не последний человек…

Старший имперский следователь чуток подумал, не мигая глядя на шефа разведки, а потом, кивнув, вышел. И вскоре командир Дивизиона тоже восседал за столом переговоров. Хотя в дальнейшем он большей частью оставался безмолвным и бесстрастным.

– Итак, что мы имеем, – начал генерал, выкладывая на стол перед собой уже знакомый остальным собеседникам доклад разведчика Шега Пятого. – Наш консорт, без ведома и без согласования, умудрился скрытно добраться до столицы Пиклии и, примем это как факт, встретиться с тамошним узурпатором трона. Мы понимаем, что перед нами не самоубийственный акт, во время которого Тантоитан Парадорский, пожертвовав собой, уничтожит нашего злейшего врага. А даже если он всё-таки отправился туда для возмездия, то не имел ни морального, ни стратегического права делать это втайне от управленческих, военных и силовых структур нашей империи. То есть круг замыкается. Вы поняли мою мысль?

Бофке еле заметно приподнял плечи и высказался дипломатично:

– Не всегда глобальные задачи раскрывают таким, как мы.

– Ха! Уже сам факт, что об этом не знает её императорское величество, ставит под крайнее сомнение правомочность встречи консорта с Моусом Пелдорно. Не правда ли?

– Ну да. Чего уж тут ходить вокруг да около, – по-свойски заулыбался старший имперский следователь. – Если бы Патрисия Ремминг узнала, где находится её супруг, трудно даже представить возможный скандал.

Генерал уставился прямо в глаза Рексу:

– Эрик, ты ведь не боишься этого скандала. Тогда почему ты не доложил императрице об отсутствии Тантоитана на Лерсане ещё вчера?

Бофке остался внешне совершенно невозмутимым, а вот лицо Хайнека вытянулось от удивления. Пришлось специально для него давать пояснения.

– Мои агенты процентов на девяносто уверены, что Парадорского на Лерсане нет. Вместо него гоняют похожего двойника, – спокойно поведал следователь и так же флегматично продолжил, повернувшись к генералу: – Если бы уверенность имелась стопроцентная – я бы доложил немедля.

– И с каким бы умыслом докладывал? – последовал несколько провокационный вопрос шефа разведки.

– Никаких умыслов. Мне положено это делать по долгу службы.

– Хм! – теперь губы Эрли Манга тронула всё понимающая улыбка. – А если Тантоитан собирается совершить некий геройский подвиг, а твой доклад ему повредит?

– Такому герою уже ничто и никто не повредит, – всё так же меланхолично ответил Рекс. – В крайнем случае её императорское величество, умеющее разбираться в любом самом запутанном и сложном деле, и тут прекрасно сориентируется.

– Ага! Значит, и сейчас ты согласен, что не стоит спешить к императрице с докладом?

– Конечно, согласен. Да и сама постановка вопроса тобой говорит о том, что докладывать вот так сразу, не разобравшись, нельзя.

Пока генерал утвердительно кивал, вставил свой короткий вопрос командир Дивизиона:

– С чего бы это?

Оба его собеседника глянули на него с удивлением, а потом решил дать пояснение шеф разведки:

– Шег Пятый – это наш резидент на Пиклии, которого мы все трое прекрасно знаем и которому с огромным трудом удалось надёжно закрепиться в тылу нашего врага. То есть каждый из нас за него может поручиться… Но! Есть ли у нас гарантии, что данный доклад, – он постучал пальцем по листкам бумаги на столе, – не изощрённая уловка нашего противника? Или, не приведи судьба, результат того, что Шег был пойман, перевербован и теперь ведёт двойную игру? Увы! Мы этого не знаем. Зато прекрасно знаем, насколько сложные, непредсказуемые и коварные ситуации бывают порой в жизни… – он замолчал.

– Ну и? – поторопил его Энгор.

– Думаю, что не стоит пока выкладывать непроверенные сведения её императорскому величеству. А надо поднапрячь всех подведомственных нам агентов, проверить и продублировать полученную информацию. И только потом будем решать, как поступить. Согласны?

Бофке всё с той же невозмутимостью просто кивнул, тогда как командир Дивизиона что-то усиленно пытался понять. Подвигав бровями и поморщив лоб, он, наконец, спросил:

– А зачем мы тогда собрались?

– Чтобы действовать согласованно, обдуманно и не ставить палки в колёса друг другу, – с готовностью пояснил генерал. Но, видя, что это объяснение не дошло до сознания солдафона, терпеливо продолжил: – Дело в том, что мы находимся на несколько противоположных позициях при взгляде на обсуждаемую тему. Я, как родственник Патрисии, крайне заинтересован в том, чтобы избежать скандала и сохранить идиллию в ее семье. А вы оба, как люди, мягко говоря, не совсем приязненно относящиеся к консорту, могли проявить служебное рвение и поспешить с обнародованием не до конца проверенной информации. Вот, где-то так… Теперь я чётко выразил свою позицию?

И опять следователь покладисто кивнул, а командир Дивизиона пробормотал:

– Более чем…

– Тогда не буду вас больше отвлекать от дел! – Эрли Манг деловито пожал руки собеседникам. – Постарайтесь только правильно давать задания своим людям. Не хочется, чтобы вполне возможно секретная информация распространилась случайно среди окружающих, – и ровно держа спину, покинул помещение.

Выждав немного, Минри с недоумением спросил:

– С чего это он решил, что мы Танти настолько недолюбливаем, что готовы его утопить при первой же возможности?