– Она самая, – подтвердил я и перевел взгляд на шейха. – А этого прапорщика ты тоже вроде бы должен знать.

– Разумеется, – кивнул Кальтер и перешел на арабский: – Ассалям алейкум, Демир-паша. Прошу прощения за то, что сломал вам в Дубае гортань. Обычно я веду себя сдержаннее, когда знаю, с кем имею дело. Надеюсь, травма зажила быстро и без осложнений?

– Алейкум ассалям, господин Безликий, – отозвался аль-Наджиб, изобразив вежливую улыбку. – Спасибо, с моим горлом все в порядке. Да я ничем тогда и не рисковал. Медицинское обслуживание у «серых» лучше, чем у вас в вашем будущем, откуда вы сюда прибыли. Ну а за те пули, которыми вы прикончили… или, вернее, еще только прикончите меня на бензоколонке, можете не извиняться. Полагаю, я знал, на что подписывался. Наоборот, это я должен просить у вас прощения за попытку вас обмануть. В смысле – за тот обман в Дубае, когда я не выполнил вашу волю и не уничтожил отряд полковника Грязнова. За обман, который еще не случился, я извиняться не намерен.

– И не нужно. Я рад, что вы остались таким же прагматиком, каким были, когда работали на «серых», – сказал Безликий. – Полковник говорил, что им известно о телепортационной установке на «Черном фантоме». Хочу, чтобы вы на нее взглянули. У меня есть к вам насчет нее несколько вопросов.

– Да-да, всенепременно, – закивал шейх. – Не знаю, правда, насколько я буду вам полезен, изучая неработающий телепорт…

– Он работает, – возразил Кальтер. – И мне нужно, чтобы вы разобрались, каким образом я мог бы переслать по нему сообщение.

– Куда именно? – удивился аль-Наджиб.

– В то место, куда слал свои доклады астронавт, работавший на станции под кодовым именем Отшельник.

– Плазмодемон? Но зачем вам вступать в переписку с его командованием?

– Позже объясню. А сейчас пройдемте на станцию. И все остальные – тоже. Кто-то один пусть дежурит снаружи, а прочим лучше заранее укрыться в модуле.

Находиться внутри «Фантома» оказалось ненамного приятнее, чем в погасшей, но еще не остывшей печи. Помимо разгрома почти все здесь было опалено, расплавлено и покрыто копотью. В воздухе витал дым, воняло горелой электрической изоляцией и другими гадостями. Если бы не дыхательные маски, которые мы нацепили по совету Кальтера, долго бы мы здесь не протянули. Он же любезно подарил маску Шире, поскольку у него с Верой, в отличие от нас, имелись запасные.

Безликий сразу же повел шейха к непонятной конструкции, накрытой явно самодельным кожухом – видимо, это и был тот самый телепорт. Снимать кожух Кальтер наотрез отказался, но аль-Наджиба больше заинтересовало не само устройство, а пульт управления им. Который, впрочем, еще нужно было найти. Этим занялись хозяева и шейх, а я и Шира остались у выхода, чтобы не проморгать, когда Крупье подаст с вала предупредительный сигнал.

Я надеялся, что Бледный запустит сигнальную ракету прежде, чем к нам пожалуют гости, но надежда оказалась тщетной. Второй отряд спецназа прибыл сюда по земле, и в нем было не менее полусотни бойцов. Завидев их, Крупье тут же знаками известил меня об их примерной численности. После чего я велел ему покинуть наблюдательный пост и бежать к нам.

– Пелядь и простипома! – выругался он, когда нацепил дыхательную маску и занял позицию в шлюзе. – Если через минуту Бледный не запустит «сигналку», через две нас сварят в этой бочке в собственном соку! Наверняка спецназ только и ищет, на ком бы здесь отыграться за гибель товарищей.

– Погоди, не паникуй, – ответил я. – До обстрела дело вряд ли дойдет. «Фантом» слишком ценен, чтобы превращать его в мишень. Его будут брать только штурмом. А это требует подготовки, и через две минуты он точно не начнется.

Кальтер заметил вернувшегося дозорного и велел Вере глядеть наружу через щели в корпусе. Те, из которых просматривался участок неба, где должна была взмыть зеленая ракета. А я достал из ранца компактную мину с таймером, настроил его на одну минуту и, высунувшись из шлюза, швырнул взрывчатку на середину воронки.

Я не собирался никого убивать. В этом случае я отсрочил бы взрыв минуты на три-четыре – то есть до той поры, когда спецназовцы спустятся в кратер и подойдут к модулю. Мне была нужна не кровь, а всего-навсего шум и неразбериха, чтобы только потянуть время. Получится или нет, другой вопрос, но многое зависело от того, как грамотно мы станем блефовать.

Можно, конечно, попробовать поболтать с вояками по-мирному: сунуть им под нос документы, рассказать в качестве оправдания конспиративную легенду… Можно-то можно, вот только сейчас нас не спасло бы даже то, окажись мы и вправду теми, за кого себя выдавали. Было совершенно очевидно, что спецназовцам выписан карт-бланш самого высокого уровня. Такого, что они могли прогнать отсюда взашей любого, чьей фамилии не было в выданных им секретных инструкциях.

За несколько секунд до взрыва мины я услышал шум спускающихся с вала в кратер противников. Само собой, их отряд пребывал в полной боеготовности, и моя шутка не стала для него сюрпризом. Парни бегом вернулись на вершину вала и залегли на ней, рассредоточившись по периметру. Кто бы что, по их мнению, тут ни взрывал, он был мгновенно окружен и блокирован. Так что деваться нам отсюда отныне было некуда.

Спецназовцы пока хранили молчание, выжидая, не покажемся ли мы им на глаза. Прождали они, разумеется, зря – таких дураков среди нас не нашлось. Поняв, что их враг тоже затаился, они не стали проверять, чье терпение крепче, потому что время играло не в их пользу. Неизвестно, чем занимаются здесь эти подрывники, но, если они повредят «Фантом», спецназовцев ждет крутая взбучка от командования. Поэтому вскоре они, оставив наверху прикрытие, разбились на несколько групп и снова отправились в кратер.