– Держу пари, этот ловец артефактов намылился за город, потому что хочет покинуть зону, – определил Крупье, прикинув общее направление маршрута беглецов. – Вы тоже собирались сделать это, полковник. Похоже, ваши мысли работают в одном направлении. Вопрос лишь в том, у кого из вас двоих больше информации, и не идете ли вы оба по ошибочному пути.

– Все равно не узнаем, пока не проверим, – ответил я. Дескан теперь находился не у Крупье, а был приторочен к приборной панели, чтобы сидящий за рулем Бледный мог сам наблюдать за движущейся отметкой, а также выбирать оптимальную дистанцию для преследования. Не стоило забывать, что мы можем гнаться за профессионалами вроде нас (которые, правда, не удосужились спрятать свою находку от десканов конкурентов), а такие люди способны быстро раскрыть слежку. Особенно, если преследователь не проявляет осторожность.

– Прямо по курсу подозрительная суета, – доложил майор, пристально глядя вперед. – Кажется, там затевают какую-то гадость.

Действительно, в свете фар на дороге замелькали люди. Их было трое, и они торопливо выкатывали на середину улицы нечто громоздкое – кажется, мусорный контейнер. «Сизифы» выглядели, мягко говоря, странно. Одежда на них была обычная, гражданская, но обуты все были в кирзовые сапоги. Такие же, какие мы видели сегодня на ногах приконченных нами в «Скважине» бунтарей.

Что задумали эти дорвавшиеся до свободы горе-конспираторы, было очевидно. Парням хотелось рвануть с ветерком прочь из города, но среди них не оказалось угонщика, способного добыть машину тихо и незаметно. Вот и пришлось работать грязно, отбирая транспорт силой. Хотя автомобиль, за которым мы гнались, им все же не достался. Интересно почему, ведь он проехал здесь всего лишь три минуты назад…

– Эй вы там, на «броне»! – высунувшись в окно, окликнул я Гробика и Крупье. Они ехали в кузове, уступив места в салоне аль-Наджибу и Крамер. – «Подметите» улицу по-тихому и держитесь крепче. Тормозить не будем.

Можно было проехать мимо не останавливаясь и просто снести преграду – для тяжелого «Доджа» это раз плюнуть. Но бросившие контейнер посреди улицы зэки уже похватали с земли что-то, похожее на кирпичи или булыжники. И похватали явно не для того, чтобы подбить на своих сапогах каблуки.

Отбивать лбами камни нас в Ведомстве не обучали. И мы вовсе не намеревались проверять, получится это у нас или нет.

Я настаивал на том, чтобы все было сделано без шума, поскольку не желал, чтобы преследуемых нами беглецов всполошила близкая стрельба. Предсказать итог сражения оружия наемников против оружия пролетариата – булыжника – было легко. Три прицельные очереди, выпущенные из автоматов с глушителями, уложили всех противников еще до того, как те швырнули в нас свои камни. Переехав колесами разбойника, упавшего прямо на дороге, Бледный бампером спихнул контейнер в кювет, и мы покатили дальше, надеясь, что это были первые и последние храбрецы, которые позарились на наш автомобиль.

Метров через сто мы увидели четвертого их товарища. Который, впрочем, не мог причинить нам вреда, поскольку валялся мертвым в кювете. Лежи он лицом вниз, можно было подумать, что его сшибла машина. Но его вылезшие из орбит глаза не мигая таращились в небеса, и мы успели рассмотреть в свете фар его изуверски разодранное горло.

Ублюдок погиб считаные минуты назад, поскольку из его раны еще струились ручейки крови, а одна нога подергивалась. Вне всяких сомнений, его прикончили те, за кем мы гнались, вот только каким оружием? Выстрела дробовика, что мог бы оставить такую рану, мы не слышали. А нож, тесак или топор нанесли бы более аккуратные повреждения.

– Да тут, не иначе, бультерьер зубами поработал, – заметил Бледный, когда мы проехали мимо окровавленного тела.

– Или железная рука сам знаешь кого, – высказал я другое предположение.

Судя по тому, что Бледный прикусил язык, а аль-Наджиб на заднем сиденье помянул вслух всемилостивого Аллаха, моя версия показалась им обоим правдоподобнее. Хотя, конечно, она еще не доказывала, что мы гнались именно за Кальтером. Уж кто-кто, а он не забыл бы припрятать пакаль сразу, как только его нашел.

Враг как будто прочел мои мысли. Дескан на приборной панели вдруг пискнул, и красная отметка на нем опять погасла. Только на сей раз она исчезла, не дойдя до края дисплея – границы сканируемого нами радиуса.

– Да чтоб тебя! – выругался Бледный. В присутствии шейха он бранился не так, как обычно, а намного скромнее. – Все-таки догадались, сволочи, запрятать пакаль в банку!

– Поздновато их осенило, – заметил я, воздержавшись от крепкого словца. – Видел, куда свернула отметка перед тем, как исчезнуть?

– Вправо.

– Точно. Это означает, что они выехали на шоссе. И теперь им от нас не скрыться. У нас движок – зверь, вдобавок они не подозревают о погоне. Настигнем их, прострелим колеса, а дальше будем действовать по обстановке. Но лучше бы им и даже не думать о сопротивлении… Гробик! Расчехляй «Милку»! Только без команды не стреляй, о’кей?

– Вас понял, полковник! – откликнулся обрадованный Гробик. И полез в оружейный тайник за шестизарядным автоматическим гранатометом «Milkor» – его любимой ручной пушкой, которой он в последний раз пользовался в Дубае. И если из настигаемой нами машины раздастся хоть один выстрел, это станет для врагов последней в их жизни ошибкой. Такой же ошибкой, как попытка беглых уголовников преградить нам путь.