– А если он тоже не сработает? – Скит прищурился.

– Значит, будем пробовать дальше, – невозмутимо ответил Ри. – Поймите, у нас нет времени для полноценного исследования. Мы сейчас действуем практически интуитивно, и мы не застрахованы от ошибок. Да, вот так. На свой страх и риск. И если у тебя есть дополнительная информация, Скит, я бы попросил тебя ее дать – может быть, это хоть чем, но поможет.

Скит задумался.

– Только если относительно башен, – произнес он с неохотой. – В общем, как нам кажется, в Москве есть два места, в которых Морока можно собрать целиком. То есть мы определили, что если он появляется или под башнями, или на Таганке, ни в каких других точках он в этот момент не возникает.

– Почему ты молчал про это?! – возмутился Ри.

– Потому что ты не спрашивал, – хмыкнул Скит. – А Фэйт вел его как раз туда, где…

– К бункеру. – Скрипач тоже задумался. – Мне кажется, что башни безопаснее. Если от наших действий пострадает хоть один ребенок, я руки на себя наложу.

– Да это понятно, – отмахнулся Ри. – Значит, башни. Итак, какие будут предложения?

Домой они вернулись около полуночи. Скрипач, конечно, первым делом побежал в ванную – отмокать, а Ит с Фэбом отправились на кухню, посидеть и поговорить. Ри, как только приехали, отправился спать, прихватив обоих Мотыльков.

– Завтра поговорим. Ребят, не мешайте мне, подумать хочу, а потом, на свежую голову…

– Иди, – махнул рукой Кир. – Я, пожалуй, тоже лягу. Солнышка только дождусь, а то опять заснет в воде и зальет соседей.

Был за Скрипачом этот грех, следовало признать. На Окисте хорошо, ванная своя, и там никого при всем желании залить невозможно, а тут, на Апрее, этот фокус можно проделать запросто.

В этот раз обошлось – Скрипач не заснул, выполз из ванны после первого же стука в дверь и, отчаянно зевая, поплелся в комнату.

– Вы ложитесь? – спросил он Фэба и Ита.

– Я тоже ополоснусь, и ляжем, – ответил Ит. – Иди, спи.

– Чур, я с ним сегодня. – Кир встал из-за стола. – Псих, не обижайся.

– Глупости не говори, скъ’хара. – Ит усмехнулся. – Доброй дороги.

– И вам доброй дороги…

Когда за ними закрылась дверь, Фэб встал, обошел стол и сел рядом с Итом.

– Чаю хочешь? – спросил он.

– Да, было бы неплохо. – Ит утомленно потер ладонями лицо. – Можно я сполоснусь сначала?

– Конечно, иди, – кивнул Фэб. – Ужасно грязный город. На Терре-ноль не так?

– Совершенно не так, – заверил Ит. – Особенно в Борках. Там вообще очень чисто. И вода, и воздух.

Когда он вернулся на кухню, обнаружил, что Фэб решил устроить чаепитие в лучшем смысле этого слова: на столе, кроме чая, стояли конфетки со сливочной начинкой, курага и изюм в пластиковой белой тарелке, орехи и даже цукаты, которые Фэб, видимо, купил заранее. Кроме того, в отдельной коробке обнаружилось вкуснейшее песочное печенье, до одури похожее на курабье, которое они частенько покупали дома.

– Скъ’хара, спасибо, – растроганно произнес Ит. – Правда, не надо было. Столько всего…

– Да ладно тебе, «столько», – отмахнулся Фэб. – Садись, а то чай остынет.

После второй чашки Ит с удивлением обнаружил, что спать ему почему-то совершенно расхотелось. А Фэб явно был сейчас настроен подольше. Причина стала понятна, когда Фэб наконец решился и заговорил.

– Ит, я так не могу. – Фэб сидел, опустив голову. – Я не отпущу тебя больше одного в такие места и на такие дела. Это… для меня слишком. Если бы с вами что-то случилось…

– Ой, скъ’хара, брось, – поморщился Ит. – Не случилось бы с нами ничего.

– А вдруг? Ит, я только сейчас начал понимать, как же я боюсь за тебя… снова. На Окисте не было поводов для этого страха, но сейчас, стоило им появиться, я… – Он сбился. – Не рискуй собой так, пожалуйста! Ведь может получиться так, что мы снова… уже три года и…

Ит повернулся к нему.

– Ну ты чего, а? – огорченно спросил он. – Все ведь нормально.

– Да ничего не нормально! И по тебе я тоже вижу, что ничего на самом деле не нормально. – Фэб крепко взял Ит за руки. – Родной, я умоляю тебя, не надо… вот так…

Ит ощутил, что в груди стремительно теплеет, голова закружилась. Фэб был совсем рядом, и Ита внезапно словно накрыло запахом, который был одним из самых прекрасных в жизни и в возвращение которого он до сих пор еще до конца не верил. То самое, вот оно, то, неимоверное – полевые травы, море и мед… и что-то невообразимо прекрасное и невозможное… для людей невозможное точно… Голова кружилась все сильнее, но в какой-то момент сильно кольнуло слева, он резко вздохнул, чувствуя, что происходит нечто неправильное, не то…