Боль, приносимая плачем, отняла у Марит последние силы. Она чувствовала, как сознание постепенно уходит от нее. Раскинув руки, она растянулась на земле и погрузилась в тяжелое забытье.

И ее последние мысли были такими неясными, что их вряд ли можно было назвать мыслями. Это было что-то вроде: «В этом мире нет для меня места. Никому я не нужна». И, уже смежая веки, она увидела, как над землей, совсем рядом, пронесся стриж и тут же взмыл вверх, к небу, с ликующими трелями. Сердце Марит переполнилось беспредельной скорбью. Но все это произошло так быстро и казалось ей настолько расплывчатым, что могло оказаться просто сновиденьем, не оставляющим после себя в памяти никакого следа.

Ее обнаружили двое детей.

Ясным морозным утром их послали собирать в лесу мох. Они зашли далеко и, когда день был уже в самом разгаре, увидели возле скал неподвижно лежащую женщину. Она вся была покрыта инеем и казалась мертвой.

Сначала дети испугались и хотели убежать, но старший из них проявил любопытство, и оба, подойдя к ней, увидели, что она медленно и тяжело дышит.

— Господи, Боже мой, что же нам делать? — прошептал младший, широко раскрыв глаза. Старший принялся тормошить Марит.

— Эй, просыпайся, а то замерзнешь! Но Марит не шевелилась. Дети переглянулись.

— Да, она не может оставаться здесь, — сказал старший. — А мы не можем унести ее. Надо позвать людей.

Эти дети были из деревни, расположенной внизу, и не знали, где находится ближайший хутор. Кстати, ближайшим хутором был Свельтен, и оттуда помощи ждать не приходилось. Поэтому дети со всех ног побежали вниз, в долину. Мох, который они набрали, вываливался у них из корзинок, оставаясь лежать на тропинке, похожий на пушистые, белые катышки.

И поскольку они все время бежали вниз, им удалось быстро добраться до места — иногда они даже не тормозили на поворотах, продираясь через кустарник.

Это были брат и сестра, и никогда в жизни они не переживали ничего подобного.

Запыхавшись и вытаращив от возбуждения глаза, они ворвались в первый же попавшийся им деревенский дом. Их собственный дом был достаточно далеко, но лавка торговца оказалась совсем рядом, и старший брат направился прямо туда. Сестра последовала за ним, поскольку всегда делала то же самое, что и он. Оба прихрамывали, потому что бежали слишком быстро и перетрудили себе ноги.

В лавке было полно народу, и только необычность происходящего заставила детей побороть их обычную застенчивость. Видя, что дети чем-то взволнованы, все внимательно слушали их слова.

— Там лежит… какая-то тетка… около скал… — едва переведя дух, выпалил старший брат.

— Мы подумали сначала, что она мертвая, но она оказалась живой, — добавила сестра.

— У каких еще скал? — спросил торговец. Дети принялись объяснять наперебой.

— На самой вершине холма…

— Вы можете показать туда дорогу? В глазах детей появилось беспокойство. Смогут ли они?

— Думаю, что сможем, — неуверенно произнес старший из детей.

— Кто она такая?

— Мы ее не знаем.

— Она старая?

—Да.

У детей свои понятия о возрасте.

Взрослые принялись обсуждать услышанное. Разумеется, им следовало отправиться туда и помочь оказавшемуся в беде человеку. Но кто пойдет? До вершины холма идти не меньше часа, а обратно еще больше, не у всякого есть на это время.

И что, если к тому времени она уже будет мертвой? Мысль об этом пугала многих.

И тут одному из них пришла в голову идея.

— Этот доктор, который рыбачит здесь… Что, если спросить его?

— Мы не можем принуждать его, он ведь работает в больнице, а здесь просто отдыхает!

— Спросить никогда не помешает.

Один из парней набрался смелости и отправился в дом, где доктор снял на несколько дней комнату. Больница находилась далеко, в городе.

Доктор как раз сидел за обильно уставленным едой обеденным столом. Рыболовные снасти стояли наготове в коридоре. Горная речка в этих местах была богата рыбой и привлекала множество туристов. Но в это время года рыбаков почти не было, вода в речке уже покрывалась у берегов тонким слоем льда.

Услышав, что случилось, доктор сразу же дал согласие отправиться туда. Ему потребовалось всего несколько минут, чтобы изменить планы на день и приготовиться к «посещению больного».

Небольшая группа деревенских парней уже ждала его возле лавки. Дети тоже были с ними, и сердца их тревожно бились: что, если они не найдут дорогу к скалам?

Но у них не было повода для беспокойства: подобно Гансу и Грете, они оставили после себя след. Корзины, которые они с таким старанием наполняли мхом, были теперь почти пустыми…