– Понял. Сделаю. Тело на себе унесу...

– Лучше все же живым.

– Ладно, попробую.

– Василь Василич... Свежие данные, – сообщил полковник Разумов. – Леви, видимо, получил какое-то срочное сообщение и резко ускорил движение. Штабная колонна сошла с Зарской дороги на лесную и движется прямиком к Цхинвали. Но, непонятно почему, без прикрытия...

– Как без прикрытия? – не понял Ведьмин. – Прикрытие было при них.

– Прикрытие по какой-то причине резко ушло вперед. Мы просто не в курсе ситуации. Вам надо торопиться. Вы, похоже, опаздываете. Леви может у дороги оказаться раньше...

– Понял. Выходим в марш. Вижу дорогу на карте. Где точка встречи?

– Приблизительно, окраина Цхинвали. Там лес вплотную к жилым кварталам подступает. Леви движется точно туда...

– Мы тоже уже движемся. Попадем ему наперерез...

– Не успеете. Он слишком быстро идет. Только напрямую, можете догнать в точке соприкосновения. Там, где лесная дорога в Цхинвали входит. В любое другое место не успеваете.

– Мы уже догоняем.

Ведьмин в самом деле говорил на ходу, жестом отдав распоряжение ускорить движение.

Убрав телефон, подполковник даже побежал, чтобы выйти вперед и указывать направление. Впрочем, бежать долго не пришлось, потому что автоматные очереди из кустов попытались остановить их, одна пуля даже ударила в бронежилет подполковника, и пришлось с разбегу залечь и ответить по кустам плотным автоматным огнем.

Быстро среагировали и ополченцы, находящиеся ближе к стрелкам. Сразу три выстрела из РПГ-7 пресекли обстрел. Но даже останавливаться, чтобы посмотреть, кто пытался группу задержать, времени отпущено не было. И снова пришлось бежать...

Трубка спутникового телефона опять дала о себе знать. И опять это был полковник Разумов.

– Василь Василич. Мы не можем отладить связь с колонной. Предупредили всех в округе, а командующего армией предупредить не удается. Спеши, ты опаздываешь. Ты ближе всех к месту, спеши...

– Не мешайте... – только и ответил Ведьмин.

Отряд отставного подполковника Леви оказался на позиции атаки уже тогда, когда штабная колонна готова была выехать из леса. Хорошо, помогли обстоятельства. Здесь стояли два подбитых грузинских танка. Один сразу на выезде из леса, он задержал и чуть-чуть колонну, давая бойцам «командос» время, чтобы разобраться по ширине фронта и приготовиться к стрельбе. Второй танк стоял уже на улице и служил удобным прикрытием для гранатометчика, который должен был остановить передовую БМП.

Но в колонне уже заметили «командос». Машины начали тормозить. Гранатометчик Сосо, которого Леви специально берег для главного выстрела, который должен остановить колонну, с задачей справился, несмотря на то что расстояние было больше расчетного. Передовая БМП загорелась ярко и быстро, как коробок со спичками. Тут же ударили два РПГ-7 сбоку, и загорелся бронетранспортер. Так Леви инструктировал своих бойцов – первыми поражаются средства активной защиты, бронетранспортеры и боевые машины пехоты штабной колонны.

Увы, вся колонна не успела втянуться в растянутый ударный фронт «командос», и, таким образом, не было возможности сразу сжечь замыкающую БМП, чтобы не дать никому возможности отступить. Но главное было сделано – передовые машины, в том числе и машина командующего армией, оказались в зоне поражения. И бой получился достаточно острый, потому что дистанция стрельбы в некоторых местах доходила всего до десятка метров.

Офицеры штаба тоже дрались до конца, отстреливались из табельного оружия. Автоматы были только у малочисленных солдат. Но на такой короткой дистанции пистолет автомата стоит. Однако численное преимущество сразу же сказывалось.

Леви искал глазами старшего лейтенанта Мамуку. И нашел. Он увидел, как Мамука вскинул автомат и срезал одной очередью сразу солдата и офицера, поднимающего в сторону старшего лейтенанта пистолет, но не успевшего выстрелить. Мамука бежал целенаправленно. Должно быть, он нашел в этой дымной неразберихе генерал-лейтенанта Хрулева. А потом вдруг остановился и замер. И тут же упали два бойца рядом с Мамукой. И сам Мамука стал сгибаться, и заваливаться на спину. Не так падают от пули, попавшей в грудь...

Тут только Ицхак Леви, уже готовый праздновать победу, понял что не все еще сделано, и по ним стреляют сзади. Должно быть, какая-то группа осетин появилась невовремя, отчего-то подумалось со злостью.

– Леви... – раздался голос Акаки. – Лев...

Голос сорвался и стих. Акаки был где-то впереди и звал подполковника. Куда он звал? Леви не знал, где находится старший лейтенант, но по какому-то странному наитию тот же отыскал его глазами. Акаки падал, показывая рукой куда-то в сторону самого Ицхака... Или ему за спину...