– Информацию, Владимир Васильевич, я вам передал всю. А основания выведены из логических умозаключений. Причем одновременно к согласному мнению пришли и я, и Тобако.

– Это уже убедительно. Спасибо. Я пошлю человека для проверки.

– Мы предполагаем, что Мадина Хамидовна уже обратилась в режимный отдел своей лаборатории. И ваше режимное управление, вероятно, в курсе вопроса. Можете у них полюбопытствовать.

– У вас все?

– Все, товарищ генерал.

– Тогда у меня есть встречный вопрос. Комиссар Костромин прибыл в Москву именно по этому делу?

– Вы знаете о приезде комиссара…

– Мы стараемся, по возможности, знать как можно больше. Но за комиссаром мы не следим, пусть не сомневается. Просто он летел в самолете вместе со своим бывшим сослуживцем, которого не узнал или не заметил. Так вы можете удовлетворить мое любопытство?

– Любопытство удовлетворить могу. Он прибыл по другому вопросу. Вполне возможно, что по вопросу, интересующему комиссара Костромина, к вашим коллегам в ближайшие часы обратится Доктор Смерть. Но он сейчас не в Москве.

– Хорошо. До встречи, Александр Игоревич.

– До свидания, товарищ генерал.

Басаргин отключил спикерфон и встал из-за стола, словно место за телефонным аппаратом было для него не очень удобным. Самому ему разговор с генералом явно не понравился, и Александр подумал, что Костромин был прав, настаивая на самостоятельной работе бюро.

– Вот так всегда… – сказал он почти обиженно.

– Что – так всегда? – не понял Костромин.

– «Альфа» настолько значимая величина, что не проявляет охоты к совместной деятельности до тех пор, пока не убедится в необходимости нашего использования, то есть когда не может без нас обойтись. В прошлую операцию Астахов долго раскачивался и давал нам сведения только тогда, когда я звонил ему напрямую с вопросом. И лишь в завершающей стадии он раскачался. Начал самостоятельно сообщать и задавать вопросы нам, стал советоваться и планировать совместные действия. Сейчас все начинается сначала. Впрочем, мы пока ничего и не начали. Только Доктор работает в Башкирии.

– Давайте займемся списками, что Доктор прислал, – сказал Костромин. – Андрюша, надо эти файлы перешифровать и отправить в штаб-квартиру. Пусть проверяют через министерство иностранных дел, кто получал въездную визу. Отправляй за моей подписью. Так быстрее пойдет в работу.

– Сейчас займусь. Саня, – попросил Тобако Александру, – проконтролируй, если тебе нетрудно, двор под окном кухни. Должны приехать две машины. Одна из них та, на которой твой муж ездил в прошлую операцию. Маленький красный джип. Это прибудет прикрытие для Заремы и Арчи, но сюда они не поднимутся.

Проконтролировать двор можно было только из квартиры, потому что окна офиса выходили на улицу, где нет места для автомобильной парковки.

– Кстати, забери наших гостей с собой, – добавил Басаргин, кивая в сторону Заремы с сыном, – и накорми.

Телефонный звонок не дал Басаргину договорить. Он обернулся к аппарату и посмотрел на табло определителя номера. Это заставило его хмыкнуть, значительно окинуть взглядом собравшихся и включить спикерфон раньше, чем ответить.

– Должно быть, наш вопрос задел генерала за живое… – вполголоса сказал Тобако, который тоже увидел номер.

– Слушаю, Владимир Васильевич.

– Александр Игоревич, как у вас со свободным временем? Можете сейчас, срочно, приехать ко мне и забрать мой подарок маленькому Арчи?

– Могу. Нужен я один или подарок так велик, что я должен прибыть с комиссаром в качестве грузчика?

– Если комиссар прибыл в Москву не по этому делу, он может остаться. Вы уже получили постоянный пропуск?

– Получил.

– Прекрасно. Я жду вас. Хотя вот мне тут подсказывают товарищи, что было бы неплохо взять с собой Зарему и Зураба, если они при вас.

– Они здесь.

– Им пропуск выписывать мы не будем. Просто дежурный офицер спустится к вашей машине и попросит их рассмотреть несколько портретов на предмет опознания. Все-таки они лучше нас знакомы с положением в республике и хорошо знают тамошних людей. Хорошо бы предъявить эти портреты Мадине Хамидовне, но этим… Этим займутся наши сотрудники.

– Мы едем.

Басаргин положил трубку и опять оглядел всех. Разговор подтвердил мнение – у «Альфы» есть дополнительные данные, и она желает произвести взаимоинтересный обмен.

– Конечно, поезжайте, – сказал Костромин. – Александра останется дежурить у компьютера, а мы с Андрюшей съездим пока в мою гостиницу. Я заказал номер на одну ночь, но там еще не появился.

Комиссар традиционно останавливался в гостинице ЮНЕСКО, где в номере существовал прекрасно оборудованный офис, непонятно как используемый в другое время. Это Александр знал по предыдущему приезду Костромина. Впрочем, можно было предположить, что останавливающимся в этой гостинице специалистам ЮНЕСКО офисы нужны не меньше, чем сотрудникам Интерпола.