– Какой срок? Сколько вам нужно времени? – почти выкрикнул Ростик, внезапно осознав, что он, вероятнее всего, уговорил викрамов самым понятным и доступным для них образом – своим отчаянием и выраженным при этом ментальным приказом или предложением, будто общался с ними в заливе у Одессы.

– П'лыт до-зера и на-зд.

Рост прикинул. Викраму, чтобы добраться до озера и назад, нужно было с их нынешней позиции минут десять. А то и меньше. Он кивнул, и даже, не удержавшись, принялся благодарить вслух, хотя мог бы этого и не делать – голова переговорщика скрылась в воде.

Рост поднимался до мостика чуть медленнее обычного, почему-то у него слегка заболело сердце от переходов по этим темным и душным трюмам, по этим крутым лестницам. Такого с ним раньше никогда не было, но вот случилось.

А когда поднялся, то понял, пурпурные уже готовы. Он прикинул время своих переходов, потом для верности набавил еще немного и приказал включать насосы. И тут же, спохватившись, послал вниз Баяпошку, чтобы она следила за тем, как поведут себя викрамы, когда уровень воды у них существенно понизится.

Они откачивали воду часа два, но насосы, которые корабельные инженеры задействовали, оказались весьма мощными, потому что уже через час с небольшим Нифрат пришел на мостик и сообщил, что можно потихоньку двигаться вперед. Он встал у переговорных устройств, с помощью которых отдавал приказы разным постам, поставил к штурвальным рычагам, чем-то сходным с рычагами гравилетов, сразу четырех п'токов и приказал выбирать якоря.

Пока лебедки наматывали якорные цепи, корабль двинулся вперед, подтягиваясь на них, как на буксирных тросах. Тем временем в воздухе появился какой-то незнакомый гравилет. Почему Рост в этот очень ответственный момент обратил на него внимание, он и сам не мог бы объяснить.

Потом довольно неожиданно Нифрат пару раз дернул корабль из стороны в сторону боковыми водометами и резко увеличил обороты ходовых винтов, потом резко сдал корпус назад реверсом и повторил операцию… Рост не понимал, что он делает, и почему-то мучился от этого, как от зубной боли. Тем более что и сердце вдруг заболело сильнее, чем в трюме.

И тут сразу по обе стороны от корабля в страшной близости оказались скалы, через которые эта река переваливала водопадом. Они составляли почти ровную стенку, лишь впереди, в километре от этого прохода, виднелась чистая и спокойная вода, глубокая, уже не грозящая ударом острой скалы в днище…

На левом борту угрожающе заскрипело, потом послышался удар, словно что-то, натянутое сверх меры, разом порвалось, потом по кораблю разнесся еще один такой же удар.

Нифрат повернулся к Ростику потным лицом.

– Сорвали обшивку у миделя, вероятно, в трюм поступает вода.

Рост не заметил, как и сам смахнул пот. Они проползли еще пару сотен метров, снова скрип, снова что-то натянутое, как нервы, визжало противным царапаньем металла о неподатливый камень… И вдруг все кончилось.

– Корабль на воде, – доложил Турет, неизвестно как оказавшийся рядом. – Мы в озере. – И зачем-то добавил: – У нас опять получилось.

– Хорошо, – проговорил Ростик, едва шевеля губами. – Как только гравилеты вернутся со следующей партией, передайте Ладе, чтобы лагерь двигался на антигравитационных повозках от берега, прямо по воде. – На непонимающий взгляд лоцмана он пояснил: – Наши повозки это умеют.

– Я передам, – вдруг произнесла Василиса. Оказалось, что она тоже тут и даже стоит так близко, что ее дыхание Рост почувствовал на своем лице. – Если ты не против, даже попробую задействовать радио.

Ростик кивнул.

– Что с кораблем? – спросил он Турета.

– Сейчас выясняем, но, думаю, ничего страшного не произошло. Ведь мы прошли, а с викрамами любые течи сумеем заделать. – Он счастливо рассмеялся. – На спокойной-то воде!..

– Тогда двигайтесь к каравану, пока не перетащим его на корабль окончательно. Потом прошу выйти на середину озера, чтобы…

– Понимаю, – кивнул лоцман, – чтобы затруднить комши к нам доступ.

– И, конечно, нужно открыть доступ воды к викрамам…

– Об этом можно не беспокоиться, – легкомысленно махнул рукой пурпурный. – Они уже сами обо всем догадались и давно открыли кингстоны.

– Все равно пошли кого-нибудь известить рыболюдей.

– Будет исполнено, – молодцевато от облегчения вытянулся лоцман.

Рост все-таки вытер пот, тряхнул плечами, прогоняя напряжение. И только тут заметил, что неизвестный антиграв спокойно, как к себе домой, усаживается на полетную палубу. От него отделилась всего одна фигура. Рост присмотрелся и ахнул. Это был Дондик.