– Контрактники, – повторил Кудыкин, – которых я набрал среди сталкеров. А это значит, что у меня здесь сталкеров больше, чем обычных солдат. Поэтому выйти из Зоны в этот раз проблемой не будет.

– Четверть часа!

– Хорошо, – сдался Кудыкин и отправился в соседний вагон.

Когда через двадцать минут инструктажа личного состава он вернулся, Ломакин сидел в его кресле и, благодушно улыбаясь, курил сигарету, наполняя все пространство вагона клубами табачного дыма.

– Феоктист Борисович, – поразился Кудыкин, – вы курите?

– Впервые за десять лет, голубчик, – доброжелательно сказал ученый. – Вы уж простите меня за ту нелепую вспышку гнева.

– Вы что-то придумали? – прямо спросил Кудыкин.

– Да, – просто кивнул Ломакин. – Благодаря вам, кстати. Горизонтальный перенос – это же было на поверхности!

– Поделитесь? – деловито спросил Кудыкин, присаживаясь на диван.

– Если не вдаваться в математический аппарат, – ответил, глубоко затягиваясь, Ломакин, – то достаточно развернуть установку и правильно ее нацелить, а потом подать в два с половиной раза больше энергии, чтобы запустить обратный процесс прямо отсюда. То есть не достигая того места, где стояла установка во время эксперимента. Ну, кое-что еще в контуре излучателей надо будет поправить, конечно, но это уже мелочи.

Кудыкин несколько секунд молчал, вдумываясь в услышанное.

– То есть мы никуда не идем, но запускаем генераторы и ждем, пока в накопителях будет необходимый заряд, – сказал он наконец. – Затем находим способ верно сориентировать установку и стреляем из нее в нужном направлении. А в результате все будет так, словно мы доехали и запустили ваш эксперимент на месте?

– Совершенно верно, – с удовольствием подтвердил Ломакин. – А несущей на такой большой дистанции, так сказать, проводником для излучаемых импульсов, станут рельсы. Точнее, не проводником, а направляющими. Ну, как вам объяснить…

– Не углубляйтесь, профессор, – махнул рукой Кудыкин. – Мне абсолютно все равно, как оно будет работать. Лишь бы работало. Вы уверены, что именно так все и будет?

– Уверен. То есть это не проблема. Проблема в другом – набить банки конденсаторов энергией.

– Это тоже не проблема, – возразил Кудыкин. – Или, скажем, проблема не технического характера. У нас есть запасные генераторы. У нас есть тепловоз, в конце концов.

– Верно, – легко согласился Ломакин. – Это проблема времени и условий. Укрепляйтесь, полковник. Готовьте людей и минируйте местность. Нам придется здесь ночевать. И если к полудню завтрашнего дня мы накопим нужное количество энергии, считайте, что нам повезло.

– Очень надеюсь, что к завтрашнему полудню здесь будет спасательная экспедиция, – буркнул Кудыкин. – Поразительно, как мне все это напоминает то, что происходило примерно здесь же. Просто дежавю какое-то.

Версоцкий быстро прошел в складской вагон и поднялся по замеченной ранее лестнице на крышу. Оборудованная смотровая площадка пришлась как нельзя кстати, и профессор смог в полной мере оценить как ситуацию в целом, так и накал драматического момента и своевременность своего появления.

Две платформы, которые были прицеплены впереди складского вагона, упирались в тепловоз самого допотопного вида. А за тепловозом виднелся целый товарный состав. Вокруг простирался самый обычный пейзаж, который можно было бы принять за лес в любом другом месте, если бы не две детали. Во-первых, недалеко от едва заметной железнодорожной насыпи виднелись несколько крохотных аномалий, весело перебрасывающих друг другу мелкие веточки и листья. А во-вторых, прямо перед чужим поездом стояло две группы мужчин, вооруженных автоматами и карабинами, но не один из них даже не смотрел в сторону Версоцкого. Зато на него пристально и очень неприятно смотрело человекоподобное существо с обвисшей серой кожей, грязным клубком спутанных волос на голове, руками до колен и длинными треугольными зубами, торчащими из-под верхней губы.

Кукловод.

Версоцкий по молодости слишком много времени провел в Зоне, чтобы долго гадать, что здесь происходило незадолго до его появления. Та группа людей, что стояла в стороне и выглядела изрядно потрепанной толпой бомжей, пришла вместе с кукловодом издалека. На это указывали худые изможденные лица, драная одежда и почти полное отсутствие обуви на босых ногах. Оружие многие из них держали как палки, поскольку кукловод плохо понимал, как заставить своих зомби стрелять, если потребуется.

Вторая группа во главе с представительным лысым мужчиной оказалась захваченной врасплох, но кукловод успел только обездвижить группу, поэтому все люди были еще в полном сознании. Не было ничего удивительного в том, что внезапное появление Версоцкого внесло коррективы в развитие традиционного в общем-то для Зоны сюжета.

– И что у нас тут происходит? – спросил Версоцкий, обращаясь к кукловоду, хотя прекрасно знал, что чудовищный монстр Зоны не сможет ему ответить, поскольку по своему развитию мало чем отличался от любой сообразительной собаки.