– Ну, допустим. Проехал он несколько сотен километров, аккурат до границы нашего района, – и все: ни его самого, ни машины. Да, можно было бы предположить, что с жизнью расстался, разогнался – и с обрыва в речку!

– Но?

– Но… – Участковый потер лоб. – Во-первых, зачем так далеко ехать, когда Томь буквально под боком? Во-вторых, машина у него новенькая, всего месяц назад купленная, да не просто купленная: последняя модель «Волги» с салоном, выполненным по индивидуальному заказу, – стало быть, не все так плохо в его жизни было, чтобы топиться! Ну, хорошо, можно допустить, что месяц назад ишшо терпимо жилось, хотелось тратить деньги и поражать молоденьких поклонниц роскошным автомобилем, а намедни совсем прижало… Но незадолго до того, как окончательно исчезнуть, в районном центре навроде нашего он потратил цельных семнадцать рублей в универмаге, в отделе «Культтовары»: купил сто батареек «Сатурн».

Угорь присвистнул, Сибиряк удивленно на него оглянулся:

– А? А! Сто батареек – это, наверное, очень много, да? Никто обычно столько не покупает, правильно?

– Правильно. Зачем держать такой запас, зачем тратить такие деньжищи, ежели энти батарейки в любом магазине продаются? Стало быть, какой вывод можно сделать?

– Какой? – послушно переспросил заинтригованный Сибиряк.

– Что ехал он в такие края, где до ближайшего магазина – много-много километров, не наездишься за батарейками-то. Значица, он об энтом знал и заранее подготовился. Конечно, всякое может случиться, но, вероятнее всего, следует его искать где-нибудь в глуши, в каком-нибудь охотничьем домике.

– Ну, да, логично, – признал областной руководитель. – Отдыхает вдали от суеты, набирается впечатлений, а батарейки ему – для освещения, по нужде с фонариком ходить.

Денисов пожал плечами.

– Может статься, и нет там никакого охотничьего домика. Может статься, никуда он не добрался. Утоп в болоте, а мы тут про батарейки толкуем, версии строим. Но ежели нужно было бы с чего-то начать – я начал бы именно с энтого, расспросил местных жителей о землянках, шалашах, заимках, палаточных лагерях и прочих убежищах.

– То есть, по-вашему, нам следует сравнить все обстоятельства исчезновения и Темных, и Светлых, и на основании этого сделать вывод… Это очень большой объем работы, уважаемый Федор Кузьмич. Будет обидно, если такой труд окажется напрасным.

Денисов развел руками.

– Тут уж, как говорится… – Вдруг он вскинулся. – Едрить твою редиску! Автобус!

– Не волнуйтесь, Федор Кузьмич, я вас потом отвезу домой.

– Да мне ишшо во Вьюшку заехать надо, ориентировки Гаврилову завезти.

– Ну, значит, и туда заедем. Вы говорите, говорите! Очень интересно и поучительно, правда ведь, Евгений?

Денисов успокоился, вернулся на диван, который был всяко мягче деревянного конторского стула.

– Вот, кстати, Евгению Юрьичу я докладывал насчет вербовщика.

– Это который и к Химригону приходил, и к сводному брату Остыгана?

– А разве Амос Флегонту сводный брат? – удивился Угорь. – Я думал, они родные…

Сибиряк всплеснул руками и тут же для успокоения полез в карман, Денисов улыбнулся.

– Родные? Вот ты, Евгений Юрьич, давеча сам про Остыгана мне рассказывал – дескать, потомственный шаман. А что такое потомственный? Энто ведь должно означать, что и отец его шаманил, и дед, а может, и прадед. М?.. Ну, вот теперича сам и скажи, может ли такое быть, чтобы в одном роду все подряд мужчины рождались Иными? – Вытаращив глаза, Угорь помотал головой. – Энто ить как с Химригоном: пришел к Николаю, попросил взять ребенка на обучение. А шаман, взявший на обучение мальца, его вроде как усыновляет. Раньше-то никаких особых документов на энто не требовалось – ну, усыновил и усыновил, лишь бы голодом не морил да под сосной спать не оставлял. А кто посильнее из шаманов да поуверенней – те и двоих усыновить могут, из разных сел или стойбищ.

– А как же родители? Вот так спокойно отдавали, отказывались от ребенка?

– Ну, не всегда спокойно, но, ты уж поверь мне, в итоге добровольно отдавали. Шаманы, чай, не цыгане, чтобы детей воровать. Тут ить дело чаще всего – в цене вопроса, а шаман, приметивший в ребенке грядущую силу, цену заплатить всякую сможет. Кому золотом, кому долголетием, кому здоровьем или обещанием нового приплода.

– А кстати, Федор Кузьмич, – прервал объяснение Сибиряк, – раз уж разговор зашел. Что, действительно в вашем внуке сила никакая не ощущается?

– Вот ни капелюшечки! – оживился участковый, всем корпусом разворачиваясь к Сибиряку. – Я уж как только не глядел! Ну, совсем обычный пацан, честно!

– Да я верю, верю! – успокоил его областной руководитель. – Просто… странно это как-то. С чего же тогда Темные такие пляски с бубнами вокруг его рождения устраивали?

– Странно, – подтвердил пожилой милиционер.

– Впрочем, – тут же переменил свое мнение Сибиряк, – потенциальная сила не всегда бывает видна с рождения. Может, пройдет годик-другой…