– Ладно, – пожал плечами Угорь.

– С давних пор селятся в энтих краях разные люди. Сначала племена всякие, стойбища, потом уже посурьезнее что-то – деревеньки, села. Вот даже город возник – наш районный центр. И власть тут менялась, и никакой власти одно время не было. Потом колхозы организовались, фабрики отстроились. Много приезжих появилось, смешанные браки, детишек завсегда много рождалось. Ну и по части Иных полное разнообразие – шаманов у нас, конечно, испокон веков больше всего, но и другие специальности встречаются. И вот даже несмотря на приток свежей крови изо всех уголков Советского Союза, население у нас, по большей части, специфическое, остяцкое, чтящее традиции, верящее в силу шаманов. Молодежь, какая образование получила, – та, конечно, посмеивается. Но есть и образованные люди, которые к тайге большое уважение имеют. Древняя сила в тайге таится, особенная, исконная. С такой силой обочь долго-долго нужно прожить, чтобы ее понимать. А ишшо лучше, чтобы и отец твой, и дед, и прадед рядом с энтой силой пообвыклись, чтобы суметь тебя с рождения настроить, воспитать и обучить. И вот в такое специфическое место присылают молодого и неопытного сотрудника – руководить отделением, которого попросту нету. Ты не кривись, Евгений Юрьич, я ить правду говорю! Ты, наверное, умелый боевой маг, ты, наверное, хороший оперативник, хоть и отработал в Ночном Дозоре всего… сколько, ты говорил? Пять лет? Ну, тоже срок! Хотя под началом у Сибиряка имеются люди, которые с двадцатых годов служат. Ну, допустим, они ему в области нужнее. Или ты так хорошо проявил себя, доверия к тебе у него больше, чем к другим. Но ты – человек пришлый, посторонний. Энто все равно что меня закинуть чичас в какую-нибудь Гвинею: туточки-то я, может, и хороший участковый, но что я смогу там, ежели ни языка не знаю, ни законов, ни обычаев? Сам-то Сибиряк отлично подготовлен – можно досконально изучить хоть некоторые основы, ежели тридцать лет из тайги не вылезаешь, ежели пешком от Владивостока до Томска лесами идешь. Уж ему-то известно прекрасно, как тяжело будет выжить здесь человеку неподготовленному, Иному, не ощущавшему до сей поры специфики сибирской глубинки. Как же он не предусмотрел энтого? Как же так снаряжал тебя в энту командировку, ежели шаманские легенды ты в книжке прочел, когда уже здесь обретался?

– Что вы хотите этим сказать? – мрачно уточнил Угорь.

– А мнится мне, что энто, друг мой ситный, и была та самая, первая подстава.

– Да вы что?! Да как вы можете?..

– Могу, Евгений Юрьич, могу. И ты сможешь, ежели чуть-чуть подумаешь.

Поверх зарослей тальника Денисов, обернувшись, поглядел за реку – темно там было, хоть глаз выколи, но пожилой милиционер все смотрел и смотрел, давая Евгению возможность прийти в себя.

– Тут ишшо вот какой момент заметь: разве случается такое, чтобы командированного отправляли без каких-нибудь контактов? Ну, может, и дали тебе список Светлых, проживающих на данной территории. Может, даже подсказали, к кому обращаться в случае проблем. М?.. А вот про главную достопримечательность наших краев тебе не рассказали. Вот ежели начистоту, без ложной скромности – разве есть в районе что-нибудь более примечательное, чем «Светлый Клин»? Да подобных артефактов во всем мире – по пальцам пересчитать можно! И тебя сюда отправили, даже не упомянув о нем? Даже не посоветовав связаться со мной? Да ты вспомни, от кого ты впервые о «Светлом Клине» услыхал! Помнишь?

– От Анны Мельниковой, – нехотя выцедил Угорь.

– Забавно, м?.. Тебе об оружии, которое на службе у Светлых много веков находится, сообщает не твой руководитель, а непосредственный противник, сотрудница Дневного Дозора!

– Ну, допустим. Зачем же, по-вашему, Сибиряку подставлять меня?

– Не торопись, Евгений Юрьич. Помнишь, я на взгорочке-то говорил, что дело – не в тебе и не во мне? Есть у меня односельчанка, которой постоянно кажется, что выслеживают ее, охоту на нее ведут. Лишнее слово сказать боится. Чуть что – такой колокольный звон подымает! Очень мнительная особа. А цель и не она вовсе, про нее и не знает никто, случайно она рядом оказывается. Понимаешь? Предполагаю я, что и ты – не цель, а инструмент.

– Для чего же? – неприязненно усмехнулся Угорь.

– Давай думать, разбираться, – вздохнув, развел руками милиционер.

Некоторое время шли молча, потом Денисов остановился полюбоваться на огни пристани, а Угорь задрал голову. Млечный Путь. Жуткое, жуткое количество звезд! А может, всего лишь дорога Великого шамана Дога, по которой тот ходил к Солнцу. Или вообще – след от топора, брошенного одним шаманом вслед другому. Разве можно сказать наверняка? Разве можно быть в чем-то уверенным?

– В октябре прошлого года исчез кто-то важный – я так себе представляю. – Денисов посопел. – Вряд ли он был из энтих мест, я бы о таком исчезновении наверняка узнал. И хоть и не был он местным, а пропал в наших краях. Ишшо я думаю, что энто исчезновение было не первым, а может быть, третьим, четвертым, пятым. Короче, забеспокоился Сибиряк. Вот по энтой причине он и распорядился основать здесь отделение Ночного Дозора. Других-то причин попросту нет, согласен? Область большая, наш район ничем от соседних не отличается. Почему же именно здесь, м?..

– Ну, надо же с чего-то начинать!

– Надо, – признал Денисов. – Но почему тогда не продолжило областное руководство энто расширение? Ведь почти год прошел, а в других районах отделений как не было, так и нету! Я тебе больше скажу – и Темные не спешат открывать… хм… филиалы своей конторы.

– Федор Кузьмич, ваши предположения о скрытых мотивах создания отделения… ну, беспочвенны, что ли? Мне не было дано никаких указаний в плане поиска пропавших. Этими исчезновениями мы вплотную занялись только сейчас.

– Верю, Евгений Юрьич. Может, и в энтом был какой-то расчет. Например, Сибиряк боялся, что своими расспросами или активными действиями ты можешь спугнуть виновника, заставить его затаиться. А так – ну, появились в районе Дозоры, ну, устроили какую-то возню между собой… Извини, Евгений Юрьич, но все энто больше на отвлекающий маневр похоже.

– Да не извиняйтесь уже! – раздраженно отмахнулся Угорь. – Вы сразу предупредили, что ничего приятного я не услышу. Ладно, допустим. Сделало мое руководство из меня ярмарочного шута. А дальше-то что?

– А вот дальше случается энта злосчастная лотерея. – Денисов промычал что-то невнятное; Угорь догадывался, что сейчас в темноте участковый шевелит бровями, округляет рот – размышляет. – Ежели бы только предположить, что результат лотереи можно предсказать заранее, ежели представить, что имя жертвы можно как-то… подтасовать, что ли?

– Вы же знаете, что это просто невероятно!

– Знаю, – грустно подтвердил Денисов. – Ежели б не знал – у меня давно бы половина картины сложилась! Ну, допустим. Допустим, что Крюков выпал случайно. Ты же тогда ухватился за возможность избавить мир от потенциального Темного?