Вытаскивая из папки все новые и новые счета и находя все больше доказательств измены, Эшлин окончательно поняла, что Майкл всегда намазывал маслом только свой хлеб.

Ее отец двадцать лет проработал в бухгалтерской фирме и вышел на пенсию, которой едва хватало на жизнь им с матерью. И даже если бы он мог помочь Майклу в карьерном росте, тот никогда не принял бы такую помощь. Майкл был блестящим молодым журналистом, талант позволил ему быстро подняться по социальной лестнице, и ему никогда не требовалось прибегать к семейным связям, чтобы попасть в коридоры власти.

Сейчас, в свои сорок лет, Майкл занимал должность заместителя главного редактора одного из популярнейших воскресных изданий страны, и если его звезда продолжит движение по небосклону издательского бизнеса, то совсем скоро он сможет возглавить крупный газетный конгломерат.

Возможно, когда это произойдет, рядом с ним будет уже не Эшлин. А кто?

Она уронила счета Майкла на пол и медленно поднялась на ноги. Сняв трубку телефона, стоящего на его прикроватной тумбочке, Эшлин даже не обратила внимания на пустой стакан из-под апельсинового сока, который Майкл утром прихватил из кухни и, как обычно, оставил в спальне, прекрасно зная, что Эшлин все равно уберет. Если бы она не нашла тот злополучный чек, то в эту минуту, наверное, заправляла бы постели или пылесосила в комнате близнецов, собирая книги, комиксы и игрушки, небрежно разбросанные по полу.

Но сейчас ей было наплевать на все — пусть хоть дом рухнет. Она просто хотела знать. Знать, что случилось и с кем встречается Майкл. И, желательно, выяснить, что все это было какой-то ужасной ошибкой.

Фиона взяла трубку после второго гудка.

— А я только собиралась звонить тебе! — воскликнула она. — Как ты смотришь на то, чтобы смотаться в Дан-Лэаре и пройтись по магазинам? Я приметила там восхитительные костюмы от Джона Роча и решила — буду сорить деньгами. Мы могли бы и кофе там выпить, верно? Или ты сегодня на хлебе и воде?

— Фиона, я не могу сейчас думать про магазины. — Голос Эшлин дрожал. Она собиралась проявить характер, но от теплых, заботливых слов Фионы ей захотелось сесть и разрыдаться. — Я не знаю, что делать… Это связано с Майклом, — едва вымолвила она. — Ты же знала, правда?

Эшлин услышала в трубке, как ее подруга резко вдохнула, и сама затаила дыхание, ожидая, что сейчас Фиона даст разумное объяснение и счету из отеля, и цветам, и нижнему белью.

— Знала о чем?

— О том, что он изменяет мне.

— О боже, Эш, как я жалею, что ты узнала!

Посмотрев в окно на идеально ухоженный сад Фионы, виднеющийся через дорогу, Эшлин удивилась тому, что все продолжало выглядеть точно так же, как днем раньше. Трава была ровно подстрижена, словно побывала в руках умелого парикмахера, петуньи густо вились между маленькими кустиками ароматной лаванды. Как, черт возьми, все могло выглядеть таким нормальным, если только что вся ее жизнь пошла прахом?

— Мне жаль, мне очень жаль, — повторила Фиона. — Я просто не знала, как сказать тебе, какие подобрать слова.

Я надеялась, что все закончится до того, как ты узнаешь. Это было бы лучшим вариантом для вас обоих: он бы погулял на стороне, а ты бы никогда не узнала, — будничным тоном добавила она. — Я думала, что лучше ничего не говорить. И я до сих пор сожалею, что тогда увидела их, потому что чувствую себя предательницей.

— Просто скажи мне, кто это, — жалобным голосом перебила ее Эшлин. — Просто скажи…

Фиона замолчала, а затем заговорила вновь. Ее голос был твердым и спокойным, словно она убаюкивала маленького ребенка.

— Эш, это ничего не значит, честное слово. Они все поступают так, а потом успокаиваются. Просто запомни это, хорошо?

— «Они все поступают так», — с истерическими нотками повторила Эшлин. — Что, от этого мне должно стать лучше?

— Нет. Но это поможет тебе понять, что ты не одинока, — ответила Фиона. — С нейты незнакома, — продолжала она все тем же спокойным тоном. — Ее зовут Дженнифер Кэрролл, она работает в рекламном агентстве. Я узнала ее только потому, что она не пропускает ни одной вечеринки, на которых бываю я. Ты знаешь такой тип людей: она появляется везде, где есть хоть малейшая возможность засветиться на фотографии в колонке светской хроники. Как ты там, Эш?

— В порядке. Продолжай.

— Прошлой осенью, когда Пат куда-то уезжал, я вышла пообедать с девочками из теннисного клуба.

Фиона секунду сомневалась, прежде чем продолжить:

— Майкл был в «Капризе» с этой брюнеткой. Я подумала, что это как-то связано с газетой. Ведь он встречается с очень многими людьми. И вначале я действительно не заподозрила ничего дурного.

— А что произошло потом? — голос Эшлин стал на удивление спокойным. Фиона не могла видеть, как она сжала правую руку в кулак, вонзая ногти в ладонь так, словно от того, что она услышит, зависела ее жизнь.