Номер семнадцать. Уфф. Эшлин подошла к темно-зеленой двери с массивной медной ручкой. Сбоку была табличка, сообщавшая, что здесь находится офис Ричардсона, Рида и Финигана, поверенных. Адвокатская контора располагалась в великолепном доме георгианской эпохи, как на фотографии из журнала «Дом и сад». О, она многим бы пожертвовала, только бы этот дом и в самом деле оказался картинкой в журнале, который она рассматривает, сидя за кухонным столом. Вплоть до того, что переклеила бы обои в спальне. «Успокойся, — приказала она себе. — Это твой первый день, никто не ждет от тебя чудес. Наверное».

Эшлин поднялась по старым каменным ступеням — декоративные лавровые кусты в деревянных кадках у входа были очаровательны — и нажала кнопку интеркома.

— Доброе утро. Чем могу помочь? — раздался звонкий голос.

— Эшлин Моран к мисс Хоган, — уверенно ответила Эшлин, хотя на самом деле все внутри у нее сжалось от волнения.

Вместо ответа раздался сигнал зума. Эшлин почувствовала себя прогульщицей, которую вызвали к директору школы. Она толкнула дверь и оказалась в простой приемной с бледно-зелеными обоями на стенах. За низким столом сидела рыжеволосая девушка.

— Здравствуйте, — улыбнулась та. — Поднимитесь на второй этаж, вам нужна первая дверь по левую руку.

Наверное, она говорила на суахили, потому что Эшлин не поняла ни слова. С застывшей улыбкой она промаршировала вверх по лестнице, пытаясь сообразить, что означают слова «первая дверь по левую руку». По левую, левую, так, где у меня левая рука? Эшлин наугад открыла дверь, за которой оказалась просторная комната с высокими потолками.

Из-за стола к ней навстречу вышла миниатюрная блондинка в сером костюме. В одной руке она держала чашку с чаем, в другой — большую бежевую папку. Она несколько секунд пристально смотрела на Эшлин идеально подведенными серыми глазами, а затем прохладно улыбнулась ей.

— Эшлин Моран, — представилась Эшлин. Остатки мужества покидали ее. Девушка смотрела на нее так, словно Эшлин выпачкала ковер собачьими какашками.

— Я знаю, — холодно ответила она. — Меня зовут Вивьен Хоган, я секретарь мистера Ричардсона и директор по персоналу. Рада приветствовать вас в нашем коллективе.

Снежная королева и та приветствовала бы ее радушнее, но Эшлин ничего не оставалось, как улыбнуться в ответ.

— Боюсь, у меня не будет возможности показать вам офис и представить остальным сотрудникам. Кэролайн Деннис поможет вам освоиться, она будет с минуты на минуту. — Вивьен подошла к двери. — Можете подождать ее здесь, — она жестом предложила Эшлин кресло.

— Спасибо.

Когда за ней закрылась дверь, Эшлин наконец смогла вздохнуть свободно. Ей показалось, или Вивьен действительно отнеслась к ней враждебно? Чем это она успела заслужить такой прием? Она попыталась вспомнить, как встречала новичков в своем отделе автомобильного страхования. Неужели тоже строила из себя Снежную королеву? Чтобы избавиться от напряжения, она попыталась удобнее устроиться в кресле, сделала несколько глубоких вдохов и скомандовала себе хотя бы осмотреться как следует, если с волнением совладать невозможно.

Похоже, раньше тут была гостиная. Стены покрывали светлые обои с изысканным тиснением. Одну из них украшала картина в тяжелой позолоченной раме. В других обстоятельствах Эшлин пришла бы в восторг от потолочного фриза, расписанного золотыми виноградными листьями. Но сейчас она едва обратила на него внимание. «Очень уютно», — тем не менее решила она.

Документы хранились в двух металлических шкафах. Эшлин заметила, что на столах стоят компьютеры с современными мониторами. На одном к тому же громоздилась пирамида из бежевых папок, рядом с которой стоял красивый цветок в горшке и большая фотография улыбающейся девочки в школьной форме. Крошечные коалы карабкались по карандашам, стоящим в красной пластиковой подставке, а за телефонным аппаратом, который был стилизован под какой-то невероятно сложный вычислительный прибор, притаилась разрисованная во все цвета радуги кружка с надписью «Самая лучшая мамочка в мире». Другой стол, наоборот, выглядел так, будто именно его фотографировали для проспекта: «Идеальный стол идеального менеджера». Ни клочка бумаги, ни пылинки и, конечно, никаких цветов и фотографий. Металлическая подставка для бумаг была наполовину пуста, только ручка и блокнот с желтыми листами рядом с телефоном создавали ощущение, что за этим столом кто-то работает. Кто угодно мог оказаться хозяином этого стола. «Определенно, он принадлежит мисс Злыдне Хоган», — решила Эшлин.

В дальнем углу комнаты забулькала кофеварка, распространяя по офису потрясающий аромат свежего кофе. Эшлин очень захотелось чашечку. Интересно, можно налить себе? Наверное, можно. В конце концов, она работает здесь, даже если кто-то и недоволен этим.

Она выбрала ярко-красную кружку и как раз наполняла ее, когда дверь снова открылась. Подпрыгнув от неожиданности, Эшлин чуть не пролила кофе на ковер.

— Ой, я, наверное, напугала вас? — эти слова произнесла полная женщина в ярком просторном платье. Темные завитки волос подпрыгивали в такт ее движениям. — Простите. Вив сказала, вы ждете здесь. Я Кэролайн, секретарь Пата.

Женщины обменялись рукопожатием. Эшлин приободрилась, встретив человека, который, кажется, был рад видеть ее здесь.

— Меня зовут Эшлин. Кофе так замечательно пах, что я не удержалась. Надеюсь, вы не возражаете…

— О, неужели Вив не предложила вам? Она безумно занята сегодня утром, наверное, просто забыла. Ваш кабинет находится выше, но за кофе в любом случае придется спускаться к нам. Кофеварка Элизабет приказала долго жить.

Кэролайн поставила объемную коричневую сумку на «идеальный стол» и повесила легкий кардиган на спинку кресла.