На совещании обсуждались вопросы поставок и с нашей стороны, и со стороны СССР, анализировались возможности промышленности Южной Америки, которая уже в некоторой степени, сама не зная того, работала над оборонными заказами СССР. В общем, ситуация по развитию промышленности и обеспечению Красной Армии и Флота была не настолько тяжелой, с учетом того что положение на фронте резко стабилизировалось и интенсивность боев спала, что существенно сказалось на обеспечении войск и позволило заняться накоплением не только тактических, но и стратегических запасов.

Также на совет был вызван профессор Старостенко, который уже несколько месяцев как бешеный носился на личном самолете с гербовой бумагой особого представителя ГКО, организуя полупроводниковое производство в СССР хотя бы на уровне простых транзисторов, не говоря о микросхемах высокой степени интеграции. Да и тут дела шли не самым худшим образом: часть оборудования и станков удалось завезти из нашего мира, и самые большие проблемы возникли в вопросах добычи сырья. А пока специально организованные лаборатории и цеха, укомплектованные специалистами из будущего, начали выпуск радиостанций, радаров, систем радиоэлектронной борьбы, шифрованной связи на элементной базе, завезенной вместе с оборудованием из нашего мира. Сюда же со всего Союза везли на обучение радиолюбителей, инженеров-радиотехников, научных работников, прошедших обязательную проверку органов государственной безопасности. Круглосуточно функционировали курсы повышения квалификации, где фактически на износ работал преподавательский состав Симферопольского государственного университета — самые передовые научные знания передавались, и таким образом готовились кадры для новой научно-технической революции в стране.

Получив список того, что крайне необходимо для дальнейшего развития высокотехнологического производства в СССР, и обсудив возможные сроки поставок, я сделал для себя несколько пометок и начал прикидывать, где это всё достать и кого нагнуть, чтоб побыстрее выполнить заказ предков. Когда заседание подходило к концу и я уже собирался свинтить обратно в наш мир, Сталин в стиле незабвенного папаши Мюллера сказал: «А вас, товарищ Оргулов, я попросил бы остаться», — и, главное, так хитро усмехнулся. Хотя точно, он ведь недавно с сервера смотрел весь сериал «Семнадцать мгновений весны», и тот ему очень понравился. Поэтому я прекрасно знал, что режиссера Татьяну Лиознову нашли, позаботились о ее безопасности и практически в прямом смысле зарезервировали для нее место во ВГИКе на режиссёрском факультете.

Мы с ним остались наедине в его кабинете, и, раскурив трубку, Сталин спросил:

— Сергей Иванович, что же все-таки происходит в вашем мире?

— Идет скрытая подготовка по смене тех, кто будет контролировать установку перемещения во времени. Сначала начались активные поставки оружия, техники и боеприпасов, сейчас всё это почти в открытую саботируется в надежде вызвать ваше недовольство и заставить самих начать искать союзников, имеющих большие возможности и запасы.

Сталин озабоченно курил, пуская клубы дыма.

— Мы тоже так думаем, Сергей Иванович, и скажу сразу, что вы в роли хранителя системы путешествия во времени нас устраиваете больше всего.

— Спасибо, товарищ Сталин. Вы должны понимать, что те люди, кто стоит и за сливом информации немцам, и за саботированием поставок, готовы довести ситуацию до критической черты и, видимо, считают, что в состоянии потом всё исправить своими силами.

Сталин кивнул головой, соглашаясь с моим мнением.

— Что вы думаете предпринять?

— Разделяй и властвуй. В Совете много новых членов, которые обладают заметно меньшими военно-экономическими ресурсами, нежели основные игроки. Но, при определенных условиях, они готовы ради выживания поддержать тех, кто им окажет помощь.

— Вы собираетесь их купить?

— Не совсем так. У нас изъяли полковника Семенова, который представлял некую организацию, ставящую целью борьбу как раз с такими проявлениями. Или это была фикция для получения доступа к нам, или организацию раскрыли и таким образом нанесли ответный удар. Но, по нашим данным, известие о портале в прошлое распространилось достаточно широко, и если мы просто прекратим поставки продуктов, мотивируя это угрозой захвата и последующего уничтожения системы путешествия во времени со стороны высшего руководства наших оппонентов, то возможны бунты и начало глобального передела власти.

— Вы уверены в этом, Сергей Иванович?

— Абсолютной гарантии никто дать не сможет, но мне пришлось обнародовать факт открытия портала в 1914 год и то, что операция по использованию ресурсов того мира перешла в активную фазу. Это вызвало определенный ажиотаж.

Сталин удивленно поднял глаза и уставился на меня.

— Вы пошли на то, чтобы раскрыть столь секретную информацию?

— Рано или поздно утечка всё равно бы произошла, а так в Совете много колеблющихся, но заглядывающих в рот крупным игрокам. Вот я и помахал морковкой, показывая, что у нас возможностей больше, нежели предполагалось. И это дало свои результаты.

— Какие?

— Количество сторонников прибавилось, и в ближайшее время ждем переброски бойцов и нескольких зенитно-ракетных комплексов от белорусов, да и другие готовы присоединиться…

Сталин усмехнулся и перевел разговор на другую тему:

— Вы не говорили, что в царской России начали какие-то активные действия. И на каком этапе вы находитесь?

— Через пару дней открываем официальное посольство и начинаем закупку нужных нам товаров, но по военным заказам пока тяжело, сами знаете, каково было в империи состояние производственной базы. Да и с продуктами будут проблемы: миллионы крестьян, реальных производителей зерна, на фронте, что существенно влияет на объемы производства — просто некому будет сеять и убирать хлеб. Это еще одна причина вывести Россию из войны.