— Да ладно, Грет, перестань злиться. Мне действительно важно, чтобы ты ее увидела. — Я старался говорить как можно более примирительно и нежно, Гретхен улыбнулась и снова принялась гонять по тарелке остатки своего завтрака. — Она много значит для меня. А ты и Марь — мои самые близкие друзья, причем не только на этой планете… Ты же знаешь, я лечу сюда, на восьмой материк, как в Эдем. Я здесь дома. Мне все здесь дорого. И я на самом деле хотел бы, чтобы и она все это полюбила. Грет, ну в конце концов, ну ладят же как-то жены в гаремах…

Я знал, что такая шутка в ее вкусе. Гретхен громко расхохоталась.

— Носферату, ты прелесть. Язык твой без костей… Ну ладно еще я. Пожалуй, мне подошли бы широкие шифоновые штанишки и топ с монетками. Я бы даже неплохо смотрелась среди персидских ковров в компании со здоровенным золоченым кальяном. Но вот Марь. Как только пытаюсь представить, меня в дрожь бросает. Боюсь, от нее ты вряд ли дождешься одобрения. Машка, по-моему, до сих пор к тебе неравнодушна…

— Кстати о Махе, как она? Все так же: Железная леди всея материка, амазонка вольного города Чигги? И весь здешний народ по команде своей Снежной королевы радостно складывает в промышленных масштабах из льдинок слово «вечность»?

Гретхен пожала плечами:

— В принципе, все так и есть. И льдинки эти по-прежнему приносят реальные деньги. Только с Машкой явно что-то не то. Словно сама не своя. Я пыталась с ней поговорить — молчит, как героическая пионерка трехвековой давности. Да, по правде сказать, с тех пор, как у меня появился постоянный мужчина, наша дружба с Марь дала трещину, причем такую, что вряд ли запломбируешь. Теперь мы просто компаньоны. Она тащит на себе административную работу, а я по лабораториям слоняюсь. Так что, Ферро, твоя идея с наложницами вряд ли выгорит.

Госпожа Эрн старалась казаться веселой, но затронутая мной струна зазвенела как-то безрадостно, тревожно и фальшиво. Я почувствовал в голосе Гретхен странное беспокойство, естественно, мгновенно забеспокоился сам и решил, что если не сегодня, то завтра точно навещу Марь.

— Да ладно, проехали, — спохватилась Грета. — Машка мне башку оторвет за то, что я посмела бросить тень на ее царственную особу. Ты же знаешь, она у нас титан. Я бы даже сказала, тот самый Атлант, который держит небо над Чигги. Она сама решает свои проблемы, и не дай боже кому-то приспичит ей помогать, а тем более жалеть — съест. А я не хочу, чтобы тебя в расцвете лет постигла эта страшная участь…

Мы снова засмеялись, и на душе стало легче.

— Эх, Ферро, если бы ты только знал, какой сюрприз я Машке приготовила! — воскликнула Грета неожиданно. — Разработочка, пальчики оближешь. И польза человечеству, и деньжат срубить можно будет без проблем. Тебе даже мозги засорять не буду, во-первых, без обид, с твоим убогим высшим гуманитарным тебе ни в жизнь не понять, а во-вторых, производственная тайна. Откуда я знаю, может, Машка черновики полистает и решит на мою идейку гриф «секретно» повесить, а я уже тебе разболтала. Вообще, обо всем проекте в полном масштабе я сейчас одна знаю. На мою задумочку шесть лабораторий пашут, но как это все будет в целом — только тут.

Грета постучала себя по правому виску.

— Все думаю, рассказать Марь сейчас или после итоговых испытаний. Знаешь, хочется все-таки, чтобы она как-то ожила, порадовалась. Да и… проблемы кое-какие можно было бы решить… Но только собираюсь сказать, смотрю на нее и вижу: не слышит. И не понимает. Ей сейчас вообще не до меня. Хотя ты же знаешь, что для меня радостную новость в себе таскать — смерти подобно. Радостью надо делиться, тогда ее будет только больше. Вот, тебе сказала в общих чертах, и то как-то веселее. Все-таки жаль, что ты, Фе, даже разбивалки для яиц изобрести не в состоянии. Мы бы с тобой шикарно сработались…

— Да куда уж нам, городским, до вас, деревенских, — копируя ее мечтательную интонацию, заметил я.

— Да ладно, Ферро, — оживилась Гретхен, словно в мои слова, кроме иронии, помимо моей воли закралась какая-то позитивная идея и она ухватилась за нее обеими руками. — Бросай свою газетенку, бери мадам под мышку и переезжай на восьмой материк. Я тебя в тот же день беру начальником цеха сборки андроидов первого типа, а твою подругу устроим к тебе секретаршей. Не работа — смех. В них практически одна механика, цех полностью автоматизирован. В подчинении восемь обходчиков, две технички и бабка-вахтерша.

— Да ты что?! — театрально воскликнул я, прижимая ладони к щекам. — Даже бабка!!! И все это богатство мне одному?!

Я сам не выдержал и заржал, уткнувшись носом в ладони. Гретхен непонимающе посмотрела на меня. Видимо, в ее голове уже отчетливо вырисовывались картины моего светлого будущего на заводах Чигги. Продолжая смеяться, я все-таки не мог удержаться от вопроса:

— Грет, ну, я понимаю, обходчики. Ну, технички. Но бабка?! У вас же на вахте система мощнее, чем на Земле у наших в Минобороны…