— Я заступился!

— Я так не думаю.

— А что я должен был сделать?

Нефедов с интересом прислушивался. Он и не думал, что между Павлом и Светой может вспыхнуть такая разборка. К тому же он не понимал, о чем идет речь. Когда все это случилось?

– , — В морду ему дать! А ты струсил. Я по глазам твоим видела Светлана говорила начистоту, уже не боясь что-то разрушить между ними. Если стена дала трещину, лучше ее сломать сразу, не дожидаясь, когда она рухнет в самый неподходящий момент.

— По глазам! — усмехнулся Картавин, качая головой. — Ну, дал бы я ему в морду — что бы это изменило? Он все равно бы побил меня, и ты это знаешь — он же десантник! Тогда какой смысл?

— Ты, Паша, всегда ищешь смысл, — сказала Света. — А мне не важен смысл, мне важен поступок.

— Ты не видела, как он человека застрелил! А я видел! — горячо прошептал Павел, невольно оглядываясь на стоявшего с группой солдат Сергея.

— А вот он бы не испугался, — сказала она, имея в виду Поборцева, и Павел это понял.

— Ты пойми: жизнь — не кино, дублей не будет! Поэтому иногда надо думать, а не кулаками махать. Я сделал, что мог, и не понимаю, чего ты от меня хочешь!

— Я от тебя ничего не хочу, Павел.

— Ты просто устала, тебе надо отдохнуть, — сказал Картавин. — Мы все здорово устали.

— Я не устала, я поумнела, — прошептала Света.

Алекс шел по еле заметной тропке, петлявшей среди деревьев и кустов. Эти места он знал прекрасно. Через каких-то двести метров должна быть опушка, а там… Его мысли прервали три фигуры с автоматами и в камуфляже, неожиданно выскочившие из-за деревьев.

— Стоять! Кто такой?

Поборцев остановился. Вот попал! Надо было другой дорогой идти, пусть длиннее, зато спокойнее. Так нет, пошел этой, на свою голову! Даже такие тропки перекрыли!

— Я местный лесник.

— Лесник? Это закрытая зона. Все эвакуированы, — сказал один из военных. — Что ты там делал?

— Я не знал, что зона, — картинно изумился Поборцев. — Почему закрыта?

— Пойдешь с нами. Там разберутся.

Его взяли под руки и повели. Через сотню метров обнаружился замаскированный джип. Алекса посадили в машину, и куда-то повезли. «Может, обойдется, — думал он, косясь на здоровенных парней, вероятно, десантников или разведчиков. От таких не убежишь. — Скажу, что лесник, находился у себя в сторожке, об эвакуации ничего не знал…»

Джип остановился в каком-то селе. «Гречнево? — попытался определить Поборцев. — Кажется, Гречнево».

Высокий офицер в пятнистой куртке потребовал документы.

— Какие документы? Я лесник, Петр Ильич Поборцев, меня тут все знают.

Оказалось, не все. Алекса показали одному из старожилов, и он отрицательно покрутил головой:

— Нет, не он это. Я Петра знаю, — после чего лжелесника тщательно обыскали. И нашли диск от видеокамеры. Он спокойно лежал на дне нагрудного кармана. Поборцев не мог его перепрятать — с момента задержания с него не сводили глаз.

— Что это? — спросил офицер.

— Диск.

— Сам вижу. Что на нем?

— Не знаю. В лесу нашел, — сказал Поборцев. — На дороге.

— Нашел, говоришь. Посмотрим…

Поборцева снова погрузили в джип. На этот раз сопровождавших было вдвое больше. Привезли в Михалево — село в пятнадцати километрах от Дымова. Здесь Алексу бывать приходилось.

Перед зданием сельского клуба стояло несколько военных грузовиков и даже один БТР. У дверей часовой.

— Привезли задержанного, — сказал сопровождавший Поборцева офицер.

— Сейчас доложу.

— Проходите, — сказал вновь появившийся в дверях часовой. Алекса ввели внутрь.

Видно, здесь располагался какой-то штаб. За столом, как скатертью покрытым картами, сидел худощавый человек восточной наружности. На картах стоял дорогой ноутбук. Хотя за окнами светило солнце, в просторном помещении было темновато, света двух голых лампочек под потолком явно не хватало, и рядом с ноутбуком горела настольная лампа. В углу попискивал и подмигивал лампочками громоздкий агрегат с антенной, должно быть, военное средство связи. Рядом с ноутбуком лежал смартфон Алекса, отобранный при задержании.

— Свободны, — сказал человек конвоирам, и они удалились за дверь. Поборцев остался стоять перед начальником.

— Меня зовут Александр Муслимович Курмаев, — представился человек. — А вас?

— Петр Ильич Поборцев.

— Так, — произнес Курмаев, с головы до ног оглядывая задержанного. — Почему же местный житель не подтвердил, что вы тот, за кого себя выдаете?

— Не знаю. Пьяный, наверно был, — нагло ответил Поборцев.

— Что вы делали в запретной зоне?

— Ничего. Я лесник, хожу по лесу… Я не знал ни о какой зоне.