– Да, это он, это Сильмистриум,- отозвался брат.

– Вот уж не думал, что доживу до того дня, когда увижу его своими глазами,- пораженно сказал Лагааз.
– Надо же, какой огромный!

– Он светится изнутри,- восхищенно повторила Оля, проводя ладонью по стеклу. Радужные блики кружились и перетекали друг в друга внутри прозрачной фигуры. Точно посредине восьмерки шло довольно широкое кольцо, казавшееся более материальным, чем все остальное.
– Так вот он какой.

– Музыка…

Оля обернулась.

– А, что?

– Тсс,- прошептала София, - тише, слушай.- Девочка закрыла глаза. Посмотрев на нее, Светлена сделала то же самое. Близняшки сидели абсолютно неподвижно и, казалось, даже не дышали.

– Ну, я ничего…- начала было Оля, но радостный возглас брата помешал ей.

– Слышу! Эта песня похожа на пение птиц и шорох ветра по траве.

Девушка встревоженно посмотрела на гигантские песочные часы. То, что находилось внутри них - оно словно хотело вырваться наружу, тянулось и не могло пробить неодолимую преграду в виде стеклянного барьера.

– Все равно, ничего не слышу,- сказала она.
– Что ты делаешь, Ник? Ты сошел с ума! – в ужасе она увидела, как снежинка превратилась в обыкновенный дельтаплан.

Брат улыбаясь помахал ей рукой.

– Все в порядке, судя по датчикам температура и давления здесь совсем как на земле. Можешь дышать свободно. Это воздух будто принесен ветром, с которым приходит первый дождь. Не веришь? Можешь сама попробовать.

С сомнением Оля покачала головой. Некоторое время она колебалась, палец завис над нужной кнопкой. Наконец, она все же коснулась ее. Через полминуты девушка с осторожностью вдохнула первый глоток воздуха. Он и правда был свежим, теплым и легким. Голова тотчас же закружилась.

– Воздух перенасыщен кислородом,- в неверии произнесла она, завертев головой.

– Ну, раз вы говорите, что это безопасно...- защитный купол на флаере Лагааза откинулся, и он с наслаждением втянул в себя воздух. Обеими руками он поднял над головой небольшой кошелек, расшитый золотистыми нитями.- Они все здесь, печати.

– Нам нужно туда,- Оля заморгала, когда проследила за тем, куда указывала рука Светлены — на кольцо, опоясывающее Сильмистриум. София рядом серьезно кивнула, подтверждая слова сестры. Они болтали ножками, беззаботно улыбаясь, будто попав в самое чудесное место в мире. Но, может, так оно и было.

– Туда? Хотелось бы мне знать, как. Этот дельтаплан не полетит, даже если я буду сама работать ветром.

– Сейчас,- спохватилась София. Закрыв глаза, она сложила руки в замок на груди. В такое поверить сложно, но здесь, где не было никакого движения воздуха, легкий ветерок шевельнул пряди волос девочки, легко пробежался по платью Светлены и дохнул в лицо Оли более прохладным потоком. Открыв глаза, девочка улыбнулась.- Он знает, что мы здесь и говорит, что должны попасть туда. Оля, отвези нас туда.

– Эй, а можно мне тоже такого ветра? – помахал им рукой Лагааз.

– Думаю, ты можешь пересесть ко мне,- оглянулся на него Никола.

– Конечно, так мы в миг будем там.

– Этот белый свет похож на снег в Данамир,- Оля обвела взглядом туманную пелену вокруг.

– А мне он напоминает море, как в легендах,- улыбнулся Лагааз.

– В таком море можно плавать бесконечно,- отозвался Никола. Девочки свесились по обе стороны дельтаплана, в восхищении глядя в необозримую глубину.

– Ой!
– Оля не смогла сдержать вскрика, и внимательнее всмотрелась в пелену. «Должно быть, показалось. Не могло быть там ничего живого, тем более таких диковинных созданий, гладких и блестящих, как звезды».

– Я только что видел! Вот это да! – воскликнул Никола.

Оля вздрогнула, когда что-то коснулось ее ноги, что-то холодное и скользкое и будто… живое.

– Ой, там, мама рассказывала о них. Я знаю, как они называются - это зовется рыба!
– София указывала в белую глубину, в которой начали происходить изменения. Она становилась прозрачнее и приобрела оттенок голубизны. Теперь Оля не могла притворяться, что ничего не слышит. Чудесные трели наполняли пространство, пока они все ближе подлетали к Сильмистриуму. Нечеткие тени, которые она поначалу приняла за игру воображения, теперь все яснее превращались в порхающих птиц и бабочек.

«Голограмма? Или иллюзии?»

– Никогда не видел такого!
– воскликнул Никола.

– Я слышу шум деревьев на ветру, и там сколько цветов. У нас в цитадели они были маленькие, и мы с Софи часто не могли поливать их,- в голосе Светлены звучала грусть. Оля помотала головой. Только что они были высоко в небе, а сейчас дельтаплан скользил едва ли не касаясь высокой шелковистой травы.

– Изумрудная, ее можно потрогать руками!
– восхищался Лагааз.

– Неужели, это все это ненастоящее?
– Оля зажмурилась, пытаясь прогнать наваждение.