– Спасибо, Мишаль,- Галина сделала три глубоких вдоха.

– Но я пришел к вам, чтобы сообщить, через час мы выступаем. Но пока у вас есть это время - давайте просто выпьем чаю,- улыбнулся Мишаль, подавая ей чашку.

Несколько секунд Галина просто смотрела на нее безо всякого выражения, но потом все же протянула руку и взяла напиток. Она ощутила бодрящий аромат.

– Мишаль, ты всегда умел меня поддержать.

– Такая работа,- клавирец пожал плечами.- Кроме того, мне нравится чай. Однажды я сочиню о нем балладу.

Галина искренне рассмеялась, впервые за долгое время, чувствуя, как распускается тугой узел в сердце.

Часть 5

– Мать, все готово,- Карон, натягивая перчатки, вошел в сад.

– Очень хорошо.

– Где брат?
– он оглянулся.

– Я послала его в Меморию.

– А, так вы все же решили прислушаться к моему предложению. Давно следовало проучить его. Но я бы советовал заложить в него установку посильнее. Такую, как вы дали Натанелю Ростау или его генералу.

– Так это все твоих рук дело! – воскликнула Оля и бросилась вперед с очевидным намерением вцепиться в горло клавирцу. Никола попытался встать между ними, но был остановлен Лиссаном.

Карон даже головы не повернул в ее сторону, сделав одно движение ладонью, которого девушка не заметила. Правая рука, уже тянувшая к клавирцу, бессильно повисла, она прижала ее к груди, зашипев от боли.

– Оля!
– девочки испуганно вскрикнули, она успокаивающе приобняла их. Взгляд Оли прожигал клавирца в бессильной ненависти. Никола заметил, как отвернулся телохранитель Эли.

– Талита, почему ты ничего не сделал, чтобы защитить его? Ведь он твой господин!
– Никола сам не знал, почему обращался к сексту, но тревога за сестру захлестнула с головой. Оля безрассудная, если выкинет еще что-то, ей несдобровать.

Губы Талиты сжались, руки сильнее стиснули края одежды - на нем была форма экипажа Миллифьори, еще с тех пор, как они с Олей поменялись - но он промолчал. Почему?

– Потому, что он знает свое место в Клавире, в отличии от вас двоих,- резко бросил брат Эли.

– Ну – ну, Карон, будь вежлив, это наши гости,- мягко проговорила Северина, поднимаясь. София отшатнулась, когда она захотела погладить ее по голове.- Какие вы милые,- улыбнулась она, склонив голову на бок. – И такие добрые, ну неужели не желаете помочь Эли? Вы ведь хотите, чтобы Эли стал прежним?

– Да? – Светлена с опаской покосилась на Карона.

– Не слушайте ее! – отрезала Оля.

– Какая невоспитанная, нельзя перебивать старших. Пожалуйста, Талита, попроси нашу гостью вести себя как подобает, прогуляйтесь пока,- велела Магистр.

Клавирец шагнул у ней, и прежде, чем Оля успела пикнуть, умело закрыл ей ладонью рот, руки ее тотчас же оказались скручены за спиной. А потом девушку споро отвели за группу деревьев неподалеку.

– Мы можем помочь Эли?
– голос Софии был наполнен сомнением.

– Только вы, - с хорошо рассчитанным ударением произнесла Северина.

Карон нехорошо усмехнулся. И Никола видел эту улыбку. Это была ловушка, хорошо подготовленная и расставленная в нужный момент. Девочки не смогут отказаться. Если он попытается возражать, как сестра, то окажется в ее положении, и тогда уже не сможет помочь никому, он обязан остаться рядом с ними, и только полная видимость покорности могла сделать это возможным, хотя все в парне протестовало против такого. Что бы ни случилось с Эли, сейчас он никак не мог помочь другу.

– Я дождусь Эли в месте проведения поединка,- Карон повернулся было, но Северина остановила его.

– Подожди,- казалось она что-то обдумывает. Карон нахмурился, явно недовольный возникшей задержкой.

– В чем дело, мама?

Взгляд Северины остановился на Николе, потом скользнул в сторону деревьев, туда, где осталась Оля.

– Я подумала, мне надоело, что все ненавидят меня и все, что делаю. И даже ты, Карон, и Эли, которого приходится воспитать таким способом. И вы, конечно,- кивок в сторону Николы,- тоже меня ненавидите.- В голосе Магистра звучала горечь. Никола в неверии смотрел на женщину. Такая всесильная и вдруг проявила слабость?

– О чем вы говорите?

– Многие в этом мире считают что Клавир пользуется слишком большой властью, и управляет им один человек. На этот раз я хочу все изменить. Вдруг у кого-то получится лучше.

– Что это значит, мать?! – воскликнул пораженный Карон.

– Это мой мир и я решаю, какова будет его судьба,- жестко ответила Северина. Голова Карона дернулась, словно от пощечины.
– А потому я хочу дать возможность и остальному миру хотя бы прикоснуться к этой власти. Пусть попробуют, если считают, что достойны править Клавиром, а значит и поверхностью.