— В номере.

— Ясно, в номере. Это нам уже Шани сказала, или как там ее, — заметил Аркон. — Но что он там делает?!

— Спит, — Кай задумчиво вертел в руке выловленный из блюда предмет, напоминавший бледный безволосый отросток чего-то, сочащегося жиром и тошнотворным зловонием. «Может, штуковина гораздо лучше на вкус, чем на вид и запах?» — Кстати, парень просил поблагодарить вас всех за помощь. Она пришлась очень вовремя.

— Да это Вишня забил тревогу, ему спасибо… — начал было Аркон, но Лилия не дала ему договорить:

— Спит?! — Рыжая навалилась грудью на стол. Зеленые глаза сверкали ярче броши, с трудом удерживавшей содержимое корсажа. — За ним полгорода охотится, не включая экипажа гайенского корабля в почтиполном составе, а он — спит?!

Кай на пробу укусил подозрительный «отросток» и скривился:

— Что это за гадость?

— Свиные хвостики, церруканский деликатес, — расплылся в довольной улыбке Папаша, борода которого была уже измазана жиром до ушей.

— Я знал, что церруканцы — извращенцы, но не подозревал, насколько все запущено, — вздохнул Аджакти, потихоньку роняя надкушенный хвостик под стол.

— Гы! — оскалился Папаша, радостно хрустя косточками хвостикова собрата.

Но Лилия не собиралась менять тему:

— Четверо гайенов изрублены в фарш прямо на Торговой площади! Это твоя работа или его?

«Где-то я это уже слышал сегодня», — подумал Кай, а вслух ответил:

— Его.

Ребята многозначительно переглянулись. Кай поднял руку, чтобы махнуть Шани: новая порция колбасок сейчас очень бы не помешала. Но Лилия решительно прихлопнула его ладонь своей:

— Может, хватит жрать?! А бойня в переулке Правосудия — это тоже его рук дело?

— В каком-каком переулке?

— Том самом, где, говорят, стены до окон забрызганы кровищей и мозгами, — меланхолично пояснил Тач.

— А-а, вы о томпереулке. Ну это моя вина. Слушайте, давайте закажем что-нибудь съедобное. У меня в животе пусто, как в кладовой бедняка.

Но Лилия не обратила на мольбу товарища никакого внимания и продолжала гнуть свою линию:

— Вы оба что, рехнулись?! Специально ждали первого увольнения, чтобы устроить гайенам кровавую баню? А теперь один дрыхнет — конечно, утомительно четверых сразу укокошить, — а второй думает только о том, как бы пузо набить! А мы тут переживаем: где они, что с ними.

Кай обвел взглядом напряженные лица «семерки». Он не мог больше оттягивать неизбежное:

— Горец ранен.

— Горец… Что? — Кровь отхлынула от лица девушки, так что на пергаментно-бледной коже проступили обычно незаметные веснушки. «Совсем как у Токе», — подумал Аджакти. Папаша цветисто выругался.

— Насколько серьезно? — Аркон внешне владел собой, но костяшки пальцев на кружке с элем побелели.

— Парню повезло, — поспешил Кай заверить товарищей. — Рана поверхностная, я ее зашил и перевязал. Он потерял много крови, но выживет. Все будет хорошо.

— Все будет хорошо?! — взвилась Лилия, едва не опрокинув стул. — Горец ранен, город похож на потревоженное осиное гнездо, стража нас останавливала четыре раза на пути сюда — проверяют всех гладиаторов, — а ты говоришь, все будет хорошо?! Я иду к нему! — Девушка развернулась, но Кай успел удержать ее за руку:

— Не надо! Токе спит. Ему нужно набраться сил. Поверь, я сделал для него все, что было возможно.

— Да уж! Ты постарался. Скажи, — Лилия подозрительно прищурила зеленые глазищи, будто разъяренная кошка, — все это… светопреставление, — голос ее неожиданно дрогнул, и Кай понял, что она на грани, — по твоему наущению, верно? Это ведь ты у нас герой, без драки не можешь, а? Ты хоть понимаешь, во что Горца втянул?! Во что ты нас всех втянул?!

— Эй-эй! Спокойно! — Глас рассудка исходил из губ Вишни, до сих пор с интересом наблюдавшего за перепалкой на противоположном конце стола. — Я был с Аджакти, пока ты купала тряпки. Он пытался найти Горца, когда тот вдруг исчез.

— Покупала, — поправил озиата Тач, по обыкновению философски относившийся к происходящему.

Лилия только недоверчиво фыркнула и дернула руку на себя:

— Лучше пусти, чемпион недоделанный, а то Шани тебя сможет по тарелкам раскладывать!

— По-моему, настало время кое-что объяснить, — решительно подытожил Аркон, обводя собрание твердым взглядом. — И если Аджакти не начнет говорить сам, я сделаю это за него. Правда — самое малое, что мы задолжали ребятам. Ты согласен, Кай?