Несколько секунд молодой ленлорд переваривал сказанное. Наконец на языке сформировался новый вопрос:

— А как ты… то есть мы… тут? — Он ткнул пальцем в ручей, который, как Айден сообразил, тек вовсе не по дну того оврага, через который он только что проволок СОВБЕЗовцев.

Найд пожал плечами и задрал штанину, изучая коллекцию царапин на правой ноге. Одна из них еще немного кровила.

— Да так же, — бросил он через плечо и плеснул на коленку водой.

У Айдена не было слов. Он рассматривал мальчишку, с которым жил под одной крышей вот уже восемь лет, и не понимал, как он может быть таким обыкновенным. Мокрые вихры торчат на макушке черной щеткой, рожа расцарапана, через дыры в рубашке сверкают тощие бока, штаны на заду висят. И это — маг? Это — его, молодого воина, спаситель?

Айден снова попробовал пошевелиться. С трудом ему удалось приподняться на локте.

— А где эти, — заозирался он по сторонам, — ну все?

— Скоро будут здесь.

Айден вздрогнул и испуганно сел. Все вокруг поплыло, закружилось каруселью. Холодные от воды руки придержали его за плечи, сунули к губам с его же собственного пояса снятую флягу. Он поперхнулся, но глотнул, и мир, сжалившись, остановился.

— Тебе идти надо, — наставлял товарища Найд, заботливо отряхивая приставший к его спине песок. — Домой. Скажешь херру Харрису, — паренек вздохнул, прицепил фляжку обратно к поясу, — что со мной все будет в порядке.

— В порядке? — недоверчиво протянул Айден. — Это с рыжей-то? А ведь она не одна, — вдруг заторопился он, сообразив, что Найд еще не представляет размеров грозящей ему опасности. — Даже если она этого… черного перекричала, так там еще Хопкинс и двое магов в придачу. А к вечеру, Летиция говорила, подтянется подкрепление.

— К вечеру меня тут уже не будет, — потянул молодого ленлорда на ноги Найд. — Идти сможешь?

Айден стоял. Покачивался, но стоял:

— А ты куда?

Мальчишка пожал плечами:

— Лучше тебе не знать.

Айден вдруг понял, что видит его, возможно, в последний раз — человека, ближе которого после отца у него не было во всем мире. Взгляд встретился с голубыми глазами Найда, такими светлыми, уже все знающими. Айден смутился и вспомнил о важном, зашарил под рубахой на груди:

— Вот, — сунул он в исцарапанную руку свиток с печатью ленлорда. — Тут письмо. Отец сказал отдать тебе, если нам удастся встретиться наедине.

— Что там? — Паренек удивленно покрутил в руках свернутый трубочкой пергамент.

— Не знаю, — признался Айден. — Наверное, что-то важное. Надеюсь, оно сможет тебе помочь.

— Спасибо, — Найд заткнул свиток за пояс.

— Тебе спасибо. Ты мне жизнь спас, — нашел в себе силы признаться старший.

— Ты же из-за меня в этом дерьме оказался, — возразил младший, мотнув головой. — Иди уже.

Но Айден не мог заставить себя. Все в нем, привыкшем быть сильным и принимать решения, восставало против необходимости бросить Найда именно тогда, когда тот так нуждался в защите. Все равно, что снова предать его. Снова ударить по лицу.

— Прости меня, — прервал Айден неловкое молчание.

— За что? — В озерных глазах отразилось искреннее удивление.

Старший тяжело вздохнул, лоб прорезала вертикальная складка:

— За то, что не смог стать тебе настоящим братом.

Он неуклюже махнул рукой, развернулся и торопливо зашагал прочь, чуть сутулясь, будто стесняясь своего высокого роста.

— Никогда! Никогда больше! — Джей всхлипнул, подавился воздухом, икнул и снова торопливо заковылял по звериной тропе, опираясь на суковатую ветвь. — Лучше милостыню на паперти просить или по кабакам полы заблеванные драить, чем… чем… — Слова у сексота кончились. Перед внутренним взором клубилось только что-то страшное, черное, щетинившееся зеркальными гранями и лезвиями, да кричала, превращаясь в баньши, Летиция Бэдвайзер. Он не знал, кто победил в этой схватке, и были ли в ней, вообще, выжившие. Дожидаться конца сексот не стал: с лопающейся от вопля головой, поскуливая, на четвереньках отполз за ближайший куст и увидел даже сквозь закрытые веки, как вспыхнуло пространство там, где невероятный мальчишка перешел.

Теперь во всей этой истории мага интересовало благополучие только одной персоны — Джейремии Хопкинса. В данный момент персона сия была на грани нервного срыва, мучилась болью в лодыжке и едва не плакала от жалости к себе. Джей не знал, куда идет, и не вполне отдавал себе отчет в своем дезертирстве. Вперед его толкала уверенность: чем дальше он окажется от горлицкого леса, СОВБЕЗа и распрекрасного Абсалонского княжества, тем лучше будет для его пошатнувшегося здоровья.

Деревья вокруг поредели, и сексот наддал ходу, надеясь увидеть наезженный тракт или, на худой конец, просеку, следуя которой он мог бы выйти к жилью и раздобыть лошадь. Вместо этого маг выхромал, постанывая от усилий, на полянку, покрытую вересковыми кочками и раскиданными то там, то сям гранитными валунами. На одном из камней сидел и жмурился на солнышке заросший неопрятный тип со слабовыраженной аурой. На агента СОВБЕЗа, тем более — боевого мага из обещанного кураторшей подкрепления, тип явно не тянул.

— Добрый день, — на всякий случай Джей решил проявить вежливость. — Не подскажете ли, милейший, как пройти к ближайшему тракту? Я, кажется, немного сбился с пути.

— Кто таков? — лениво осведомился бородатый.

Сексот начал внутренне закипать:

— Джейремия Хопкинс, магистр третьей ступени к вашим услугам. А вы, позвольте узнать…

— Незачем, Хопкинс.

От наглости небритого у Джея пропал дар речи.

— Я ведь совсем не тебя маню, а ты тут мешаешься. Ну скажи, вот может быть от тебя какая-то польза?