Лидорчик никакого сострадания к Наариэлю не испытывал. «Прынц» сострадал только себе: его усыпили, подраться не дали, разлучили с половником и показали, как люди превращаются в идиотов — «прекрасный» вечер. А виноват во всём этом Тарноэр. Примерно так я расшифровала заявление Тонны Эля:

— Опозорил уважаемый Дом, спутался с врагами, ещё и сидит тут, глазами хлопает! — после чего потомок Императора схватил со стола вазочку (м-да, стол нам накрыли как на праздник), выкинул из неё фиалки, а воду вылил на голову Наариэля.

Ну и ладно. Мне тоже фиалки разонравились.

Вода подействовала. Взгляд прекрасного эльфа приобрёл некоторую осмысленность, а потом и руки заработали. Тарноэр смахнул воду с лица, пару раз моргнул и усмехнулся. Грустно усмехнулся.

— Кому я обязан жизнью на сей раз? — прохрипел сероглазый красавец.

Оригинальное начало допроса. Короед развалился в кресле, закинул ногу на ногу, мол, давай-давай, говори, раз такой разговорчивый. Лидорчик возмущённо фыркнул, Яся деланно зевнула.

Ладно, пусть меня считают размазнёй, но я так не могу. Хрипеть никому не обязательно. Может у Наариэля последние минуты разумной жизни? Что, жалко стакан вина ему налить, что ли? «Умная девочка, — прокомментировала Карнэль. — Запомни, Митавиа, хмельные напитки растормаживают нервные центры и облегчают вторжение в ментальный слой». Угу, запомню.

— Ты бы его ещё с ложечки покормила, — прошипел возмущённый Лидорчик, глядя на то, как Наариэль пьёт, прижав мои руки к кубку.

То ли мне показалось, то ли Тарноэр и впрямь смутился. Но допивал он уже сам. Допил, выдохнул и спросил:

— Это она? — указывая глазами куда-то в сторону кровати. — Вы убили её? — На сей раз, вопрос был адресован Короеду.

— Кого? — кратко поинтересовался внук бессердечной Бабушки.

— Некромантку, — с непередаваемо честным видом ответил его прекрасный «близнец».

Короед посмотрел на Ясю. Нет, Яся на покойницу никак не смахивала. На покойницу-некромантку — тем более. Из-за кровати виднелись грязные сапоги спящего сыщика. Но они же — явно мужские! «Отвлекает?» — с некоторым сомнением откликнулась у меня в голове Карнэль.

— Шутим? — презрительно поинтересовался Керосин.

М-да. Близнецы. Но мимика у них всё-таки разная.

— Какие шутки? — подался вперёд Наариэль, — Прекращайте играть в ваши сомнительные игры. Такие авантюры обычно плохо кончаются! Можете сколько угодно изображать из себя наживку для некроманта, но как вам пришло в голову тащить на кладбище девочку и потомка Императора?

— Семьдесят второго, — заметил Лидорчик, намекая на то, что им вполне можно пожертвовать.

— Да хоть сто семьдесят второго! — в сердцах стукнул по ручке кресла Тарноэр. — Могли бы и рассказать о своих планах. За кого вы меня принимаете?! — исключительно натурально возмутился страж, — Я что, не знаю, кто может явиться в гости из другого мира? Я что, вчера родился? Вы — Дракон, Синтар нир Караен! — Наариэль откинулся в кресле и выдохнул. — Никогда в жизни так голова не болела. Ну, так что? Как страж я имею право знать: вы её прикончили? Некромантку?

— Гл-посссти, — резюмировал Короед.

— Глупости! — поправляя его, рявкнула Яся. — Не было никаких некроманток, хватит морочить нам голову, рассказывайте, почему Вы за нами следили? Иначе…

— Да, — вернул себе инициативу внук Синей Бабушки, — раз уж Вы знаете, кто я, готовьтесь к тому, что г-лва ещё долго болеть б-дет.

— Голова, будет, — не преминула встрять мастер Ясанна.

— Издеваетесь? — спокойно поинтересовался Наариэль, — Думаете, я поверю, что никто из вас не заметил такого мощного мага? А кто на полкладбища багровым фоном отсвечивал, кто меня убивал? И вы все были рядом, я знаю! Да, в конце-то концов, вы же меня там на кладбище и подобрали! Кстати, а где мы сейчас? Никто не подскажет?

Страж укоризненно оглядел всю нашу компанию. Карнэль изрядно затянувшийся спектакль надоел. «Таль, хватит тратить время на чепуху. Приступай».

И Короед приступил. Тарноэр обмяк в кресле с остекленевшими глазами. Долго созерцать эту чудовищную картину мне не пришлось. Синтар Керосинович начал транслировать память стража мне, то есть — своей Бабушке, втянув в процесс объединения сознания и Ясю. Не вовлечённым, а значит, и самым недоумевающим остался Лидорчик. Не знаю, как он пережил те полчаса, в течение которых мы обменивались впечатлениями, воспоминаниями, ругались и решали, кто виноват. Но со стороны наверняка выглядело… впечатляюще.