— Тогда так, — скомандовала магически мощная бабушка, — отправляйся на ложе, — (залезать в кисель, как я поняла), — слияние произведём здесь и отправимся в твою оболочку уже вместе. Кто вести будет?

— А… Вы, наверное? — Я же не знаю, как там с правилами приличия-то. Может, надо уступать главную роль старшим?

— Младшая, я буду тобой гордиться, если ты меня сама проведёшь. Тело — твоё, и я только воспользуюсь приглашением. Не более.

Уффф… Так бы сразу и сказала. Надо сдать зачёт по межмировому брожению. Жаль, забыла хлебнуть дрожжей на дорожку.

— Приглашаю. С удовольствием. Попробую.

— Удовольствия не обещаю, — загадочно ухмыльнулась почти совсем моя бабушка и начала разоблачаться.

Гм. Я же вполне приличная девушка в теле её внука. Не стоит наблюдать за таким интимным действием. И вообще — «моё дело — кисель».

Короедовна, не прекращая развязывания и расстегивания, торжественно выплыла из комнаты, а я попыталась залечь в «ложе», которое казалось ещё более неудобным, чем узкое сидение коляски. Выныривать-то просто. А попробуйте самостоятельно утонуть в плотной на вид субстанции! Ырбуц, что ж я такая мнительная-то? И ленивая. Табуретка, подчиняясь моему желанию, сама на своих четырёх ножках доставила меня к каменной ванной. Только через бортик перевалить осталось…

Справиться с задачей мне помогла одна очень и очень приятная мысль. Карнэль мне непременно поможет с воплощением нового тела для Наариэля. Если уж она не поможет, то — никто не справится. А тогда… от Наариэля Тарноэра останется только моя память и его тело, в котором живёт Короед. Будет очень грустно, но я буду знать, что использовала все возможности. Но…

Но в любом случае, Короеда-то мы догоним. Держись, синебрюхий! Такой подставы, как тайный визит «бабушки во мне», он точно не ожидает, пополам его драмзерхом!

Как только я раскрылась в ответ на лёгкое давление и почувствовала почти привычное соседство другого разума, всё-таки не утерпела и спросила:

— А что значит «ракшасс»?

— В твоём мире — Драконы, в нашем — Ракшассы. Нас называют по-разному, но это не важно. Не отвлекайся!

Уже не отвлекаюсь. И даже уже чувствую тревогу Нифсы. И что-то ещё…

О! Что-то! Нет — кто-то! Лидорчик мне всю шею слезами намочил. А чего так тихо плачем? И по какому поводу?

Права была Карнэль, когда не обещала мне удовольствия. Оказывается, соседство такого мощного мага создаёт, мягко говоря, дискомфорт. Надеюсь, что только на первых порах.

— Да, потерпи немножко, — успокоила новая родственница и тактично замолчала.

Потерплю, хотя впечатление такое, как будто у меня в голове валун величиной с гору. И как будто я эту шибко отягощённую голову вообще с места сдвинуть не смогу. Никогда.

— Лидорчик, — прошептала я, с трудом двигая челюстью, — ты чего опять сырость разводишь?

— А как же я?! — Совершенно не в тему всхлипнул «прынц». — Ты… ради него… — хитрый сын советника, несмотря на расстройство, умно пропустил «чего я там «кого-того» ради». — Но, ты здесь! — Снова всхлипнул Тонна Эля, подтверждая и без того очевидный факт, и полез обниматься.

Таак! Вот только этого сейчас и не хватало. И ведь не скажешь же ничего вслух. Душа Наариэля, она же — душа. Туманный фантом может быть рядом или не быть, а душа-то его может сидеть прямо у меня за ухом. В отличие от Короеда и Лидорчика, я магов чувствовать не умею.

— Концентрация силы мага у водоёма, — ненавязчиво отрапортовала Короедовна, так, как будто мы были на военных учениях, — охват территории его силы почти касается нашей зоны. Отгораживаю. Объясняйся с суженым, но шёпотом. Звук гасить не буду, а то этот водник меня почувствует.

Сильна бабулечка! Странно, прямо как от врага шифруемся. А разве Наариль мне враг?!

— Пока нет. А там посмотрим, — совсем запутала меня Синяя Дама.

Ладно, пока так пока. Приму к сведению.

— Лидорчик, тихо! Давай ухо ближе, посекретничаем.

Вам когда-нибудь затыкали рот ухом? Вот и мне раньше не затыкали. Не удержалась. Фыркнула прямо «в-туда».

— Ой, Митавиа-а, — совсем как на тренировках в Академии обиженно заныл Тонна Эля.

Короедовна снова нарисовалась со сведениями:

— Маг сдвинулся дальше в водоём. Хорошее воспитание.

В её голосе мне послышался смешок с намёком. Понятно. Наариэль решил, что у нас с Лидорчиком тут… А что у нас тут, кстати? А у нас тут всё ещё ночь, моросящий дождик, поднятый кожаный верх коляски, Нифса, обнимающая мои коленки, и сопящий прямо мне в ухо сам Лидорчик. Значит, утро пока не наступало. Сколько же я «летала»? Часа три, что ли? Как будто вечность прошла. Вот, что значит нервы.