– Такое срочное, что и с моим господином не попрощаешься?

Между виликом и мешком, что перекинут был через седло, очутился Малыш, загородив свернутую «палатку».

– Не перед тобой отчитываться римскому трибуну! – рявкнул Приск.

Проб тем временем подскочил к управляющему сзади.

– Не убивай! – успел выкрикнуть трибун.

Проб обхватил управляющего за шею, крепко прижал к себе – будто обнять захотел, и через несколько мгновений обмякшее тело осело на плитки двора.

Канес с Пробом затащили потерявшего сознание грека в конюшню, связали руки и ноги, заткнули рот да сверху накинули попоны. Найдут только к утру – это уж точно.

Менений тем временем побежал за четырьмя фабрами, которым отвели комнатку рядом со складами.

Сюда они ехали на повозке вместе с машинами. Приск рассчитывал на следующий день купить для них коней или мулов. Но теперь для них придется забрать мулов из хозяйской конюшни. Все меньше и меньше происходящее походило на первоначальный план. Все больше – на разбойный набег: убийства, грабеж, похищение…

Самой трудной частью в их беспорядочном бегстве было проехать ворота.

Хатра была городом паломников, и городская стража следила за въездом и выездом из города зорко. Лучше наружных охранялись лишь ворота, что вели во внутреннюю цитадель. Там храмовая стража могла рубить головы всем, кто пытался в неназначенный час недолжным образом проникнуть в сакральную зону. На городских воротах головы не рубили, и это утешало. Но любую подозрительную личность задерживали без всяких объяснений.

К тому же даже найти дорогу к воротам для гостей города было делом непростым. К тому же многие ворота в наружной стене были ложными. Однако помогли замечательная память Приска да то, что к ближайшим воротам тянулся целый караван повозок и вьючных осликов.

Вскоре маленький отряд Приска застрял в паре сотен футов от выезда из города.

В этот час (близился уже закат) через ворота выезжали в основном торговцы, что рано утром привезли свежую зелень из расположенных на ближайших оазисах садов и огородов. Теперь пустые повозки и мулы запрудили всю улочку у ворот. Понаблюдав за стражей, Приск пришел к печальному выводу, что просто так их не выпустят, – ни сам военный трибун, ни его спутники никак не могли сойти за торговцев. За паломников, что посещают святилище бога Шамша, – вполне. Мало ли какие люди отправляются в паломничество и мало ли кого берут с собой в качестве охраны. Но дело в том, что паломники не покидают город на ночь глядя. А оставаться до утра было ни в коем случае нельзя.

Но тут римлянам просто повезло. В толпе, что спешила в предвечерний час к воротам, Приск заметил взъерошенного парня, тот постоянно оглядывался и трогал пояс, в который наверняка зашил с десяток серебряных монет, что получил сегодня на рынке. Одет он был во все новенькое – но не по размеру – рукава дорогой вышитой туники были слишком длинны, а плащ свисал чуть ли не до земли. Парень вел под уздцы коня – опять же явно только что купленного. Потому как кобыла всхрапывала и не желала слушаться хозяина. Наверняка молодой торговец провел сегодняшний день с немалой прибылью, и, хотя потратился, звонкой монеты в поясе еще оставалось немало – судя по тому, как судорожно он хватался за пояс.

Неужели торговать зеленью в Хатре так выгодно?

– Эй, парень! – Приск окликнул везунчика по-гречески и ухватил за плечо.

Тот слабо вскрикнул от страха и попытался вырваться, но с другой стороны очутился Кука, и хатриец просто окаменел. Из лап этой парочки разве что Геркулес сумел бы освободиться.

– Ты наверняка сегодня много наторговал, – улыбнулся Кука. Сладко так улыбнулся. Хатриец от его улыбки аж присел – колени подогнулись.

– Я – нет… – в ужасе залепетал паренек.

– Как звать тебя? – спросил Приск.

– Тарук…

– Слушай, Тарук, мой приятель получил известие, что у него заболела жена, и он спешит домой. Вон, погляди, он весь почернел от горя. – Приск кивнул на Куку. – А прежде лицо его было будто снег на вершинах гор. Беда, понимаешь…

Паренек растерянно кивнул.

– И нам надобно срочно покинуть город, – добавил трибун.

– Да. Конечно, – покивал Тарук… – а я-то тут при чем?

– Мы могли бы охранять тебя до самого твоего дома. Мы – хорошие охранники.

– Разве твой приятель живет вместе со мной? – изумился Тарук.

– Мы тебя просто так до дома охранять будем, только скажи страже, что нанял нас в качестве охраны.

– Зачем мне охрана?

– У тебя куча монет за поясом. Хочешь их лишиться? Да еще головы в придачу?

Парень дернулся. Но хватка у трибуна была мертвая. Посему дергаться не имело смысла.

– Не хочу… – согласился Тарук.

– Вот и славно.

Приск справедливо рассудил, что этого парня, что возит каждодневно овощи в город, многие стражники – если не все – помнят в лицо.