— Вам, наверное, кажется, что людьми можно играть, как куклами?

— Неужели эта рыжая простушка имеет для тебя какое-то значение! Почему, вспоминая ее, ты хочешь испортить такой прекрасный момент!

— Не склонен разделить твой праведный гнев по той простой причине, что с самой первой минуты моего появления здесь меня пытаются выставить идиотом. Все ваши интриги шиты белыми нитками. Вы даже не замечаете, как смешно это выглядит со стороны.

— Ты хам и грубиян! Я, можно сказать, к тебе со всей душой, а ты взял и плюнул в нее. Неужели все это время ты думал только о ней? Не могу понять, что вы оба нашли в этой уродливой дылде?

— Кто это оба? У меня появился конкурент? Кто он?

Светлана закрыла руками рот, и ее взгляд сделался испуганным и раздраженным одновременно. И как ей только удавалось так быстро менять маски…

Я схватил ее за плечи и сильно тряхнул:

— Где вы ее держите?!

— Виктор забрал эту замарашку к себе в комнату.

— Четвертый принц!

— У него всегда был дурной вкус, я смотрю, и у тебя тоже. Отпусти меня и больше не смей прикасаться.

Освободившись от моих крепких пальцев, Света села на скамейку возле большого куста сирени и, уткнувшись лицом в ладони, тихо заплакала.

Мне было наплевать на эти слезы. Такие же фальшивые, как и все здесь. Меня больше интересовало место, где держали Иру, и как мне вытащить ее оттуда. Не говоря ни слова, я развернулся и быстрым шагом направился обратно к замку. Вбежав по центральной лестнице в свой номер, я стал сбрасывать с себя одежду, вновь облачаясь в боевой костюм, уже сильно истрепанный, но еще надежный. Без боя я не сдамся. Перебью всю королевскую гвардию! Всю свиту с прислугой, но не сдамся. Я не потерплю глумления над моими чувствами. Кем бы ни считали себя эти праздные франты, я устрою здесь кровавую бойню!

Во мне кипела ярость. Я чувствовал себя обманутым и униженным. Человеком, с которым даже не считались, преследуя только свои собственные интересы, Подняв забрало шлема, я вышел в коридор и спустился вниз по лестнице, к парадному входу. Мне встретился Карим, герольдмейстер короля. Я набросился на него. Несколько молодых людей, сопровождающих его, даже отпрянули в сторону.

— Где комната Виктора? Четвертого принца?

— На третьем этаже, только вас… тебя туда не пустят.

— Это мы еще посмотрим.

Стремительно вбежав по лестнице к комнатам королевских особ, я выхватил меч из ножен и вошел в просторный зал, отделенный широким проходом от фойе гостиницы. Возле лестницы стояли стражники. Я уже изготовился для удара, но вовремя понял, что это просто манекены в латах. Не задерживаясь на ступеньках, я добрался до второго этажа и еле увернулся от створки двери, внезапно распахнувшейся передо мной. Человек за дверью был в таких же зеркальных доспехах, как и первый принц, вот только перо было не белое, а желтое.

— Уйди, и я не стану тебя убивать.

Ответом можно было считать выдернутый из ножен меч. Может, он и есть четвертый принц? Вздохнув с сожалением, я оттолкнулся руками, схватившись за перила лестницы, и всей своей массой навалился на неожиданного противника. Такого поворота событий тот явно не ожидал. Резонно решив, что в таком тесном пространстве мечом рубить будет неудобно, я предусмотрительно взял в левую руку кинжал, которым не преминул воспользоваться, ткнув им со всей силы в кольца кольчуги под кирасой. Свободной правой рукой я молотил несчастного по шлему, создавая шум на весь этаж. Браслет на руке рыцаря замигал красным и пронзительно засвистел. Этот готов. Третий, четвертый, пятый, какая разница… На полу и на моих кулаках появилась липкая красная жидкость.

Не теряя времени, я побежал дальше. Мое внезапное появление сослужило мне хорошую службу. Двое охранников на третьем этаже совершенно не ожидали подвоха, и их вялое сопротивление было бесполезным. Развернуться в узком проходе с тяжелой алебардой в руках было не так-то просто. Не в пример крепким латам принцев, на них была обычная защита, которая мгновенно разлетелась после пары несильных, как мне показалось, ударов коленом. Хотя мог ли я в полной мере сейчас контролировать силу своих оплеух.

В замке начиналась тихая паника. Хлопали двери, звенели колокольчики, призывая к себе испуганных слуг, возмущенные крики доносились почти из всех комнат.

Если мне навстречу попадался кто-то без защитной амуниции, но готовый вступить в бой, я старался применить к таким героям только собственные руки. Заломив запястье противника, мне легко удавалось нажать кнопку браслета, которая его отключала. Сорвиголов находилось не много, большинство любопытных, встревоженных шумом, плотней закрывали дверь, увидев меня бегущим по коридору.