Дальше стало веселее. Тролль, гном, карлик и кобольд в белой хирургической форме добрались до меня почти одновременно. Пришлось вытащить кинжал и сплясать тарантеллу смерти: шаг, удар, поворот, ложный выпад, опять удар, шаг, поворот, кинжал под ребром, мечом по сонной артерии, пнуть ногой в грудь, отскочить, развернуться, рубануть двумя руками крест-накрест – и вуаля, четыре пленника окончательно перекочевали из мира полуживых в мир гарантированно мертвых.

Потом процесс приобрел промышленные масштабы. Я лавировал между колоннами фонарей, выманивал пустоглазых на себя, нанизывал на меч, вспарывал кинжалом, пинал ногой – но зомби все перли и перли…

Все прекратилось внезапно: мигнул свет, что-то затрещало, и пленники Шамбы попадали на пол.

Я обернулся.

Донельзя довольный Илай стоял рядом с излучателем, из которого совершенно не технологично и не изысканно торчал меч.

То, что управляло несчастными, было сломано целиком и полностью, Краснобар и Анубис – мертвы. Но ледяная сетка под моим черепом никуда не делась, предстояло еще найти принцессу.

– Ищем вайранку, – скомандовал я. – Так понимаю, плана верхних помещений ни у кого нет?

Вопрос был риторическим. Итак, что делать? Обитель Краснобара и Мозговика, который оказался взбунтовавшимся ИскИном Анубисом, огромна. Власть свержена, но это не означает, что асины не придут мстить за командира. Или, к примеру, гноллы. Шакалоголовый, видимо, был шовинистом и отбирал в слуги себе подобных. Их не любят и не станут щадить, когда поймут, что революция свершилась, потому им остается одно – биться до последнего.

– Значит, так, – скомандовал я. – Держимся группой – во избежание… Обследуем комнату за комнатой, гноллов убиваем или запираем в клетки. Пленников освобождаем. Ищем принцессу Миа Чиа.

– Как она выглядит? – поинтересовалась Ярина.

– Молодая вайранка, очень красивая…

Ярина вспыхнула, я прикусил язык: девушка ревновала. А ведь повод был! Вспомнилось облако белых волос, лицо сердечком и пронзительно-синие глаза. Интересно, в этом мире разрешены гаремы?

К чести Ярины, выноса мозга не последовало. Знала бы она еще, что я ей жизнь спас… ну да ладно. Приступаем к поискам.

– Есть более просто решение, – проговорил довольный, а потому расслабленный Илай. – Поймать гнолла и допросить с пристрастием. Он все и расскажет, и ни к чему ноги стаптывать.

– Вариант! – согласился я.

Псоглавцы еще не поняли, в чем дело, и потому часть из них была на месте. Бродили между все еще не пришедшими в себя пленниками, принюхивались. Нас не трогали, только шарахались в сторону.

– Вон того берем, что возле кресла, – проговорил Илай и ушел в стеллс.

Он был или глух, или туп, или просто вороват и набивал мешок флаконами из застекленного, вполне современного шкафа, какими оборудовали процедурные кабинеты. Ойкнув, гнолл выронил мешок, запрокинулся назад и вцепился в невидимую руку, взявшую его на удушающий.

На бегу я поднял веревку, валяющуюся на полу, подоспел на помощь Илаю – гнолл уже обмяк, но еще был в сознании, – повалил псоглавца на живот и скрутил за спиной его вполне человеческие руки. Рывком перевернул на спину и поднял за грудки:

– Скажешь, где девушка-вайранка, – будешь жить.

Глаза у гнолла были собачьи – темно-карие, с большим черным зрачком. Зрачок расширился на всю радужку, остроконечные бурые уши прижались к голове, пленника трясло мелкой дрожью:

– Мы не виноваты, пощадите… У нас выборрра не было.

– Где девушка? – прозвучал спокойный голос невидимого Илая.

– П-поставьте, пррроведу.

Я поднял гнолла, он пошатнулся, но устоял на ногах. Хатбор отступил в сторону, пропуская его, и прогудел:

– В ловушку заведешь – живьем шкуру спущу!

Колени гнолла задрожали, и он засеменил мимо облучателя дальше в зал. Ярина освобождала пленников из клеток и не заметила, что мы уходим, пришлось ее звать:

– Освободим их потом, у нас будет много времени.

Девушка рубанула замок, что висел на клетке с гномкой, открыла дверцу и побежала к нам.

– Рано расслабляться, – объяснил я. – Могут нагрянуть асины, гноллы не погнушаются напасть на одинокую девушку, так что лучше держаться вместе.

Мы прошагали мимо накрытых чехлами огромных приборов, мимо подъемников и ящиков. Хатбор не поборол любопытства и пнул один из них, стоящий с краю. На пол посыпались… штурмовые винтовки! Но зачем Анубису, создавшему этот мир, оружие? Не проще было сразу создать реальность, которая бы его устроила?

Кобольд, переставший светиться, поднял одну, осмотрел и потряс головой, откинул в сторону бесполезную с его точки зрения железяку. Зато мы с Илаем отлично знали, как с ними обращаться, и взяли себе по экземпляру.