– То позор, – проворчал орк.

– Не позор, а военная хитрость! Так сделаешь?

Вместо ответа он приступил к уже знакомому ритуалу. Я сосредоточился, подключая темное зрение. С каждым разом все лучше получалось его использовать, теперь я мог тратить на орка не все внимание, а только малую его часть – будто бы отслеживая движение краем взгляда.

– Вперед. Чего ждем? Борк, баф! Нам нужна ловкость. И выносливость.

Вспышка призрачного света – и мы рванули дальше, оставив Хатбора за спиной.

Коридор был пуст, по обе стороны тянулись древние деревянные решетки, отполированные ладонями до блеска. За ними маячали бледные физиономии пленников.

– Этих не выпускай! – предупредил меня Илай. – Трупоносы! Побегут сдавать, у них давно психика деформировалась, они своих пленителей любят, за призрачные привилегии кого угодно убьют.

Я только кивнул. Второй отсек был отделен от первого запертой решеткой. Илай полез было за отмычками, но я отстранил его.

Я – вор.

Нет оснований не верить этому заявлению Кима.

Замок послушно щелкнул с первой попытки. Дверь была открыта.

Во втором отсеке содержались ожидающие казни. Тощие руки тянулись к нам сквозь решетки, гримасы отчаяния обезображивали истощенные лица… Женщины, дети, подростки, старики, некогда могучие мужчины. Илай первым выхватил меч и рубанул по засову.

– Вы свободны! – крикнул он. – Ступайте отсюда! Не идите наверх, идите вниз! Твари в клетках!

Я тем временем освобождал обитателей второй камеры.

Люди, гномы, тролли и даже эльфы, только что молившие о спасении, мигом утратили разум, превратившись в толпу. Стоило упасть засову – они буквально выдавили решетку и врассыпную кинулись по коридору. Увещеваний Илая никто не слушал, нас чуть не сбили: люди бежали наверх, бежали в стороны, метались, как крысы…

– Вниз! – надрывался Илай. – Все вниз!

Я поймал истощенную гномку, пытавшуюся проскользнуть у меня между ног, развернул ее и легким толчком задал направление.

– Остальных выпускать? – крикнул мне Илай.

Из клеток вопили, требовали, надсадно рычали, выкрикивали мольбы и проклятия.

Оставишь – все погибнут.

Выпустишь…

– Выпускать! – ответил я, разрубая засов. – Всех выпускать. Такого не должно быть ни в одном мире.

Вскоре столпотворение осталось за спиной. Кажется, толпа, как вода, все-таки устремилась вниз.

Вообще это – естественная для толпы реакция. Люди, попав в большое скопление себе подобных, утрачивают индивидуальность. Если появится лидер – пойдут за ним, нет – будут делать так, как делает большинство. И движется толпа действительно подобно воде.

Настал черед следующего отсека, где держали особо опасных.

Перед наглухо закрытой дверью я помедлил. Что, если Ярина не там, а где-нибудь в пыточной камере или, хуже того, в постели кого-нибудь из асинов?!

– Не волнуйся, – пробормотал Илай. – Если хочешь, это сделаю я…

– Нет, я должен сам.

– Магические ловушки, – напомнил товарищ.

Кобольд стоял рядом, переминался с ноги на ногу, присматривался. Потом покачал головой.

– Он не может, – перевел Илай то, что я и сам знал и чего боялся.

…В это время Хатбор выхватил оба меча: по лестнице кто-то спускался. Кажется, их было много… От маскировки не осталось и следа – упрямый орк встречал врагов в настоящем обличьи.

Решение нужно было принимать не просто быстро, а моментально. И я обратился к магическому оружию, которое мне дала Виана. Вот – то, что нужно. Флакончик абсолютной тьмы, завернутый для надежности в тряпицу.

Пламя вулкана

Магическое оружие

Класс: редкое

Выжигает все в радиусе метра от эпицентра. Эффективно против физических и магических препятствий до класса «уникальное».

– Вот так. – Сказал я, взвешивая на ладони флакон. – Разойдись-поберегись!

Кобольд с Илаем отпрыгнули, и я швырнул бутылочку. Зазвенело разбившееся стекло, и черная мазутная пленка медленно растеклась во все стороны, облепляя дверь. Эта живая клякса вызывала страх и отвращение, хотелось убежать…

И, в общем, правильно.

Как только жидкость закончила движение, дверь вспыхнула и, вроде, вспыхнул даже воздух в метре от эпицентра. Лицо опалило жаром, тут же ударила взрывная волна – я не удержался на ногах, упал и лежа смотрел, как невесомым пеплом опадает то, что осталось от магической и физической защиты подземелья.

Кажется, меня слегка контузило: я понял, что надо подняться и пора действовать дальше, только когда Илай протянул мне руку.

Он что-то говорил, но я не слышал, вообще ничего не слышал, в ушах звенело.