Шрифт:
– Это и есть великий мастер Мива-первый – «Мальчик с книгой», – сказал Костя.
– Тоже собираешь?
– Нет... Так, одна завалялась... Об этой нэцкэ не говори Веэну. Даже не говори, что ты вообще ее видел.
– Ладно.
– Смотри!
– За кого ты меня принимаешь?!
6
Во дворе народ толпился у фонтана. Фонтан – центр архитектурного ансамбля нашего двора. Его ремонтируют каждое лето до осени, когда запускать фонтан уже бессмысленно. И все равно каждый пуск фонтана – крупное событие в жизни нашего дома. И, конечно, в толпе толкался Шмаков Петр. Мне кажется, что не Шмаков появляется во дворе в момент событий, а события появляются, когда Шмаков появляется.
При виде Шмакова мое настроение омрачилось: новая дружба с Костей вытесняла старую, проверенную временем и испытаниями дружбу со Шмаковым.
А почему новая дружба должна мешать старой, проверенной временем и испытаниями? Разве мы не можем дружить втроем? Шмаков прекрасный товарищ и тоже может заняться боксом, у него для этого все данные.
Шмаков обсуждал с пенсионером Богаткиным технические проблемы фонтана. Ничего в этом Шмаков не понимал, но здорово умел разговаривать с пенсионерами, находил с ними общий язык. А на меня пенсионеры поглядывают так, будто обдумывают, съездить мне по шее сейчас или немного погодя.
Я улучил момент, когда пенсионер Богаткин отвернулся.
– Слушай, Шмаков, хочешь заняться боксом?
– Зачем?
– Для самообороны.
– От кого обороняться?
– От того, кто нападет.
– Никто на меня не нападет.
– Сегодня я был в шашлычной с Костей и Игорем, хватили по сто грамм.
– Спекулянты, шайка.
– Уж, во всяком случае Костя не спекулянт у него сестра в консерватории.
– Спекулировать можно не только в консерватории, но и в филармонии, – сказал Шмаков Петр.
Я не придал значения словам Шмакова. Он не знает что Костя и Игорь выполняют поручения Веэна в интересах искусства. И когда я начинаю с кем-нибудь дружить, Шмаков об этом человеке отзывается скептически. Но его решительный отказ заняться боксом меня смутил: зря Шмаков отказываться не будет, у него есть практическая хватка. И нельзя не признать того факта, что боксом занимается далеко не большая часть человечества.
Дома папа и мама обсуждали поездку по Волге. На днях они уезжают пароходом по Оке, Волге и Каме. Вез меня. Я уже два раза плавал – скучища смертная. Один раз еще куда ни шло, но в третий – извините! А папа с мамой любят. Ну и на здоровье!
Я взялся за энциклопедию. У нас их две. Одна – Брокгауз и Ефрон, другая – БСЭ, Большая советская.
Энциклопедия Брокгауза и Ефрона издана в конце прошлого века. Несмотря на это, она содержит много интересных фактов. Любопытно узнавать, как люди смотрели на мир восемьдесят лет назад; иногда это выглядит довольно курьезно. И видишь, как далеко ушло вперед человечество.
«Бокс – род кулачной борьбы, состоящей в искусстве наносить противнику удары от головы до живота включительно... Состязания часто кончаются кровью и увечьями... Они прекращаются лишь тогда, когда один из соперников отделает другого так, что последний становится неспособным к продолжению борьбы».
Если отвлечься от наивного выражения отделает, то в самом определении мало заманчивого. Кровь, увечья, удары от головы до живота... Не обрадуешься! В живот еще куда ни шло, но если долбать человека по кумполу, он в конце концов обалдеет.
БСЭ – современная энциклопедия. Кое-что в ней наворочено в связи с культом личности. Но вряд ли влияние культа личности сказалось на статье о боксе.
«Бокс – вид спорта, кулачный бой... Цель боя – вывести противника из строя ударом в наиболее чувствительную часть тела... – нокаутом... Нокаут сопровождается полубессознательным или бессознательным состоянием, наступающим чаще всего в результате удара в подбородок или в живот».
Это определение более научно. Но «удар в наиболее чувствительную часть тела... В подбородок или в живот. Бессознательное состояние...»
Приятно, конечно, стать чемпионом мира или Европы. Но если тебя заставят харкать кровью, будут лупцевать по животу, долбать по кумполу, повергнут в полубессознательное, а то и вовсе бессознательное состояние, то лучше стать чемпионом по шашкам. А один наш парень стал чемпионом по настольному теннису, тоже все понимает.
Все же неудобно просто так отказаться. Вчера набивался, а сегодня откажусь. И возможно, бокс не так страшен, как написано в энциклопедии. Я много раз видел бокс но телевизору и не замечал ни увечий, ни крови. Боксеры прыгали друг перед другом, нанося редкие и, по-видимому, не слишком болезненные удары перчаткой. И может быть, тренер не захочет меня принять – не будет мест или у меня не окажется данных, – допустим слишком короткие руки, с короткими руками противника не достанешь, он тебя достанет.
По дороге на Цветной бульвар, где находится спортклуб, я сказал Косте:
– А вдруг не примут?
– Всех принимают.
– Никому не отказывают?
– Только тем, кто учится музыке.
– Почему?
– Могут повредить губы и пальцы. Ведь ты не играешь на саксофоне?
– На саксофоне я не играю... Но думал поступить в джаз ударником.
– И родители должны разрешить, – добавил Костя.
Я сразу успокоился. Если впутывают родителей, значит, возможны варианты.
Некоторое время мы ехали молча, потом я сказал: