– Бильярдная – это вон тот домишко? – спросил Алексей, оглядываясь.

На берегу озера за небольшой деревянной беседкой находилось строение, как и гостиница, обшитое досками янтарного цвета. Возле входа располагалась огромная открытая веранда под шиферной крышей.

– Это мы так называем, – пояснила Василиса. – Но там и взаправду бильярд есть. Приезжие играют иногда. Но, в основном, начальство. А охотникам в сезон не до развлечений.

– Интересно, интересно, – пробормотал Алексей, выпрямляясь и вытирая руки. – Я бильярд люблю. Только с кем я тут играть буду? Ты умеешь?

– Не-а, – покачала она головой, – мне без надобности.

– Еще бы, – пробормотал Алексей и окинул взглядом ее полную фигуру. – Поплавать что ли? – задумчиво спросил он и начал расстегивать джинсы.

Василиса ойкнула и тут же отвернулась.

– Ты чего? – засмеялся он. – Я ведь не нудист, так что зря так реагируешь. Давай, тоже в воду?

– Но я…, – начала Василиса, поворачиваясь к нему.

Увидев, что он уже снял джинсы и стоит перед ней в светло-серых плавках, она замолчала, не в силах отвести глаз от его тонкой талии, стройных бедер, прямых мускулистых ног. Василиса никогда не видела парня в таких узких плавках. Деревенские ребята обычно купались в широких шортах чуть ли не до колен или вообще в семейных ситцевых трусах. Она почувствовала, что краснеет, и снова отвернулась.

– Странная ты, – заметил Алексей и пошел к краю мостков. – Надумаешь, раздевайся и тоже в воду.

Василиса, услышав всплеск, повернула голову и посмотрела на быстро плывущего Алексея. Он с шумом отфыркивался, потом повернул голову и весело закричал:

– Давай ко мне! Вода просто супер!

И снова устремился вперед. Василисе тоже очень хотелось искупаться, но под сарафаном на ней было нижнее белье. И она не могла себе представить, что разденется перед малознакомым парнем. Тут она вспомнила, как утром Алексей видел ее обнаженной, и зарделась, чувствуя непонятное, но приятное волнение. Она подошла к краю мостков и уселась, опустив ноги в воду. Алексей уже отплыл на довольно большое расстояние. Он перевернулся на спину и замер, покачиваясь на волнах. Василиса не сводила с него глаз, побалтывая ногами. Вдруг ее ступню задело что-то мохнатое, она вздрогнула и невольно дернула ногой. Эта была длинная пушистая водоросль. И Василиса улыбнулась своему испугу. Она отчего-то задержала взгляд на пальцах ног и недовольно поморщилась. Девушка часто ходила босиком, и ногти были не особо чистые. Василиса неожиданно вспомнила о виденных в фильмах красотках с наманикюренными ноготками не только рук, но и ног, и подумала, что Алексей наверняка обращает внимание на такие вещи. Она начала усердно чистить ногти. Потом взяла кусок хозяйственного мыла и натерла им пятки. Тщательно вымыв ступни, вздохнула и снова уселась на край мостков, опустив ноги в воду. Алексей уплыл далеко. Правда, он уже развернулся и направлялся в сторону берега.

Когда он оказался в метре от мостков, то вдруг начал смеяться и брызгать на Василису. Она отворачивалась и тоже смеялась.

– Ну что это вы делаете? – говорила она. – Вы меня всю измочили!

– А чего ты? Давно бы поплавала! – ответил он, выбираясь на мостки и усаживаясь рядом. – Как же хорошо! Вода сказочная! И какая у вас красота! Я уже проникся. Счастливая ты, Васька!

Услышав такое странное на ее взгляд сокращение имени, девушка поджала губы и недовольно заметила:

– Васька – это наш кот.

– Ах, да! Сорри! Ты же Василиса! – нараспев проговорил Алексей ее имя и неожиданно сильно толкнул девушку.

Она ойкнула и свалилась в воду. Алексей прыгнул следом и тут же обхватил ее за талию, крепко прижав к себе.

– С ума вы сошли? – возмутилась она, упираясь сжатыми кулачками ему в грудь и стараясь не смотреть в смеющиеся глаза. – Чего это разыгрались, как маленький? Сарафан вот мой намочили!

– Ничего, высохнет! – не унимался он и прижимал ее все крепче.

Улыбка исчезла с его лица. Василиса глянула в его глаза и заметила, как стремительно расширяются зрачки. Его губы начали приближаться.

– Одурел вконец?! – взвизгнула она и с такой силой толкнула Алексея, что он упал навзничь на воду и тут же скрылся с головой. – Ненормальный какой-то! – зло проговорила она и выбралась на мостки.

Отжав подол, решительно двинулась прочь, не оглядываясь.

Алексей пришел в тот момент, когда Василиса заканчивала доить Зорьку. Она переоделась в старенький ситцевый халат вылинявшего голубого цвета. Алексей приблизился к навесу, под которым обычно происходила дойка, и поморщился от дыма. Василиса, как правило, ставила старое ведро неподалеку, и в нем поджигала сырую хвою. Густой дым отгонял комаров, ей было легче доить, потому что корова стояла спокойно. Выдавив последние капли в ведро, Василиса вышла из-под навеса. Она поставила ведро возле длинного стола, на котором находились приготовленные банки. Потом загнала Зорьку в коровник. Алексей молча наблюдал за ней. Но Василиса не обращала на его присутствие никакого внимания. Брови ее хмурились, губы были поджаты. Она процедила молоко через марлю, сложенную в несколько слоев, аккуратно закрыла банки, вымыла ведро и опрокинула его на пенек. Затем неторопливо направилась к дому.

– Молочком-то не угостишь, хозяюшка? – поинтересовался Алексей.

Василиса остановилась и хмуро на него глянула. Потом ответила довольно ехидно:

– Да ваши городские желудки больно нежные. От цельного парного молока обычно у гостей понос начинается, да такой неудержимый!

– Ничего, как-нибудь справлюсь, – весело ответил он и подошел к столу. – Можно налить? – все-таки спросил он.

– Воля ваша, но я предупредила! – ответила Василиса и села на крыльцо.

Алексей налил полную кружку молока и подошел к ней. Он медленно отпил и уселся рядом.

– Ты прости меня, – тихо произнес он и заглянул ей в глаза.

Василиса перестала улыбаться и внимательно посмотрела в его лицо.

– Ой, у вас молочные усы! – сказала она другим тоном.

Алексей вытер тыльной стороной ладони рот и улыбнулся.

– Мир? – спросил он и взял ее за локоть. – Простила?

– Не знаю, – после паузы ответила она. – Но ведь обидно! Чего лапать-то сразу?!