Несколько минут он, казалось, бесцельно ходил по палубе, внимательно её рассматривая, и часто подходил к борту, заглядывая вниз. Потом, видимо удовлетворившись осмотром, направился к Сильфу.

– Когда отходим, капитан? – Спросил маг.

– Как только ветер подымится. Видел, ты осматривал корабль. Как впечатление? – Ответил Сильф.

– Хреновое! – Отрезал маг. – Когда-то здесь располагалась неплохая, хоть и устаревшая, динамическая система. Опорные точки до сих пор просматриваются. Сейчас же от неё остались одни воспоминания. Всё придется начинать с нуля. Какой нужен ветер? – Без паузы спросил он.

– Ветер? – Не сразу «врубился» капитан. – Западный! Организуешь?

– Будет. – Буркнул маг и ушёл в сторону своей каюты.

Всего через пару минут, вопреки всем приметам, поднялся довольно сильный западный ветер, и капитан приказал сниматься с якоря.

– Похоже, кое-что могёт! – Сказал рулевой, слышавший разговор капитана с новым магом.

Искусство наложения чар и артефакторика длительное время считались смежными науками и конкурентами. Каждое направление имело как свои положительные, так и отрицательные стороны. Огромным преимуществом зачарователей являлось отсутствие необходимости в дорогостоящих ингредиентах и масштабируемость чар. Если для артефактора система защиты комнаты и система защиты замка – два направления, требующих различных подходов к конструированию, то для мага чар разница только в количестве затраченной энергии. Этот очевидный недостаток артефактов долгое время позволял зачарователям на равных с ними конкурировать.

К сожалению, в последние годы количество мастеров магии значительно снизилось и это привело к подавляющему преобладанию артефакторов над зачарователями. Преимущество артефактов перед чарами оказалось не в области магии, а в области организации. Для поддержания работы артефакта ему требуется только периодическое вливание маны, с чем может справиться даже неопытный маг, а для работы системы чар кроме маны периодически требуется присутствие зачарователя высокого класса, что в некоторых случаях означает необходимость в его постоянном контроле над созданной системой. В условиях малой конкуренции и сильной загруженности маги не стремятся покидать центральные города Империи, и количество магов чар стало стремительно уменьшаться.

Досадно видеть начало увядания столь древнего искусства из-за простого нежелания магов изучать «лишнее» знание, которое они никогда не будут использовать в жизни. Попросите знакомого мастера-артефактора создать вам «ловушку света», поглощающую свет днем и излучающую ночью. Кроме сердитого бурчания вы ничего от него не добьётесь, так как это простейшее зачарование невозможно реализовать в современной теории артефактов. И это далеко не единственный пример, иллюстрирующий, что зачарование и артефакторика должны были стать не конкурирующими, а взаимно дополняющими ветвями магического искусства.

Возможно дальнейшее развитие магии и изучение наследия, доставшегося нам от Древних, позволит в будущем возродить к жизни это направление.

История магии. Том 5. Учебное пособие для выпускников универсума.

На следующий день маг вышел на палубу перед самым рассветом. Вахтенные матросы с интересом смотрели, как он наносил на борта небольшие аккуратные рисунки чёрной тушью с помощью кисточки. Продолжалось это недолго, не больше часа, после чего маг снова скрылся в своей каюте, предварительно пригрозив, что если кто-то сотрёт или повредит его «каракули», то этот смертник получит пожизненную импотенцию, облысение и выпадение зубов. Матросы впечатлились.

Капитан смог увидеть и пообщаться с новым корабельным магом только за обедом, который проходил в офицерском кубрике. Матросы и абордажники ели в трюме, сложив гамаки и расставив специальные столы. Вместе с капитаном же собрался «костяк» команды: старпом, рулевой, боцман, начальник абордажной команды, кок, выполняющий на корабле и роль кладовщика и ещё несколько наиболее уважаемых людей. Конечно, к ним присоединился и маг.

За столом была довольно непринуждённая атмосфера. Обсуждали рейд, возможности по пополнению команды и ожидаемую прибыль. Маг внимательно слушал, но сам к дискуссии не присоединялся. «Старожилы» также с ним пока не заговаривали, хотя поглядывали оценивающе.

Следующие сутки прошли очень похоже. Маг снова наносил свои странные значки, только теперь уже по всему кораблю, спускаясь даже в трюм. А на третий день у нескольких матросов скрутило живот – они умудрились протащить на корабль какой-то дряни и налакаться. Утром они выглядели как покойники и чувствовали себя также, однако, через пару часов, закончив очередной «обход» корабля с кисточкой в руках, к ним заглянул маг, и уже к вечеру «пострадавшие» смогли вполне уверенно передвигаться, а на следующий день вообще не чувствовали никаких неудобств.

После этого происшествия будто бы прорвало плотину. У каюты мага с самого рассвета выстроилась целая очередь «болезных». Увидев её, Торк только хмыкнул и приказал отгородить часть трюма под лазарет.

К вечеру ветер сменился на южный. Капитан прикинул по времени и решил поговорить с магом, тот вроде неплохо владел стихией воздуха.

– Торк, это капитан. – Постучал Сильф в дверь. – Можно войти? – Обычно он не спрашивал разрешения по этому поводу, особенно на собственном корабле, но с магами всегда следовало быть настороже. Никогда не знаешь что тебе «прилетит» при попытке вломиться к ним в каюту.