Из леса раздался шорох шагов и хруст ломаемых веток. Кто-то ломился в сторону нашего лагеря через бурелом

Селену окутала огненная аура, вокруг Стива и Фауста возникли пентаграммы, воины похватили оружие. Кошмарик забрался в доспехи. На поляну вышли гости.

Первым из леса вылез здоровенный кадавр, представляющий собой смесь таркана и, видимо, хоббита, непрерывно что-то бубнящий.

– Мифриловое оружие и редкие перки?
– Монстр задумчиво уставился на нас, впрочем, не проявляя агрессии.

С его спины соскочил гном, перед самой землей расправивший пару стрекозиных крыльев. Последним на землю соскочил эльф в странных доспехах.

Ybrjkf L ; ehbx , Биомант,94 уровень.

Эльф поднял правую руку, с прижатыми к ладони мизинцами и безымянным пальцем. Я улыбнулся и повторил жест.

– Присаживайся к нашему костру, странник! И раздели с нами пищу.

– Филин, ты чего? Это же Уль, известный персона, он же...

– Он друг. Он друг Морген, даже если весь мир считает иначе.

Я пошел навстречу гостю, протянув руку в приветствии. Эльф сжал мое предплечье и мы обнялись.

Ошарашенные спутники взирали на нас в немом изумлении. Первым общую мысль озвучил профф.

– Вы знакомы?

– Нет.

– Но...
– Возразил Огурец.

– Наши народы воевали. Плечом к плечу. И было это четыре века назад.

– И что?
– Теперь подал голос Стив.

– Ничего, Стив, ничего. Мы просто помним. Вызывай демона, Стив, каша для такой встречи не катит. И там где то был бочонок с гномьим самогоном?

Эльф за все время не проронил ни слова.

Мы уселись под кроной разлапистой сосны. Я притащил флягу самогона и пару стаканов, Никола достал откуда-то краюху черного хлеба и небольшую баночку крупной соли. Опрокинув первую стопку, гость наконец заговорил.

– Я искал тебя.

– Искал? Мы были знакомы тогда?

– Нет, Олег, не были. Хотя жили примерно в одно и то же время. Только, как я понял, ты погиб в двадцать пятом, а меня заморозили через шесть десятков лет. Но я две тысячи третьего года рождения.

– И кем ты там был?

– Биоинжинером. Тогда только появились промышленные конструкторы живых организмов, я работал в закрытом институте. Над тематикой метаморфизма.

– Ого, и как, успехи были?

– Были, да еще какие! Мы создали полип-колонию, которая жила в трех фазах. Клеточного рассола, грибницы, с формированием плодового тела, и фотосинтезирующего растения. Залил тепло водичкой, богатой углекислотой - полип растворился. Сделал воды поменьше, а органики побольше - выросли грибочки. Открыл свет - появляется хлорофилл.

– Сильно. Я смотрю, ты и тут не изменил профессию. Почему кстати?

– Люблю я это дело. Да и ощущения у меня странные, от этого мира. Смотрю на него, как программист ламповых компьютеров смотрит на фотонные машины последних поколений. Вроде принципы в основе те же, а по факту... Вот я и решил разобраться. Впереди вечность, формальная, конечно, но все же.

Мы выпили за вечность, закусив какой-то кислой травой, которую Никола достал из своих многочисленных карманов.

– И желания нет вернуться в реальность?

– А зачем?

– Как зачем? Человек - звучит гордо!

– Не знаю, не знаю. Могу поспорить. К тому же, что там мне делать?

– Работать?

– Работать я и тут могу, достоверность моделирования биопроцессов, да и физики вообще, тут на уровне семи девяток.

– А как же магия?

– Магия - это инструмент манипуляции этими девятками. Скажем так, тут расширили модель общей физики. В рамках этой модели можно решать задачи из физики классической, с полной достоверностью. Со мной работает три больших института, над тематикой химер. В том числе и растительных. А если бы я опыты свои и изыскания вел в реальности, то меня бы посадили, или шлепнули, или отправили бы лечиться. А так... Вот кто мне позволит сшивать представителей двух видов в реальном мире? Где мне растить там буферную зону для соединения химеры? В лаборатории? Так там оборудование столько стоит, что отдельно взятого спеца туда ни кто и не пустит. Я же, к своему стыду, повторил тут опыты дядюшки Йозефа. И развил тематику. Так меня за это даже наградили.

– За что?

– За поддержание правопорядка. Я обитался год назад на другом континенте, там и так народ отгрывает темные расы, а я палачом устроился. Игрока в этом мире мало чем можно напугать, я смог. Даже достижение дали "Год без правонарушений". В городе, заметь, с миллионным населением. Там за любой косяк нарушителя мне отдавали на опыты. А пока игроков в стадии "наказания" он из игры выйти не может. Короче, перестарался я.

– В смысле? Недоброжелатели подсидели?

– Нет, подопытные закончились. Представляешь, год сидеть без работы? Я перетрахал весь гарем местного владыки, сходил в месячный запой, неделю просидел обдолбанный. Надоело. Вот я сюда и подался. Кстати, ты в курсе, что тут из запоя можно не выходить веками? Отдельные даже реальности есть для любителей. С коэффициентом сжатого времени.