Шрифт:
Варнаве не хотелось возбуждать подозрение излишней поспешностью, да и скорее всего праздничный стол у губернатора будет отменный.
Смазливого Олег, как прислугу оставили за дверью, а лжеадмирала угощали, словно самого короля. Такие яства подносили, причем даже хлеба и торты, выпеченные в виде парусников, и королевских дворцов. Красиво, причудливым орнаментом выложенные куски нарезанной рыбы, мыса, овощей, фруктов и множества приправ. А вина и вовсе сказочные, ублажающие повелителя разбойников. Да тут оказалось достаточно соблазнов, чтобы остаться еще на некоторое время.
Варнава справлял трапезу грубо, словно последний мужлан не знакомый с этикетом. На него стали обращать внимание, но сам губернатор делал вид, что все идет как надо.
После нескольких бутылок дорого вина, Варнава не потерял голову, его тело по-прежнему было богатырским, но зато язык стал чрезмерно подвижным и требовал работы.
Недолго думая пират запел, его глубокий бас звучал приятно, некоторые присутствующие Офицеры стали подпевать;
Вы готовы пойти за мной, Не остаться в лохмотьях с сумой! Чтобы добыча как мед текла, Чтобы златом пролилась река! Для того нужно делать так, Чтоб не в грош оказался пятак! Чтобы каждый из нас умел, Устилать путь ковром из тел! Ох пираты вы дети мои, Не какие-то крестик — нули! Каждый с вас это богатырь, Поскорее ковригу стырь! Абордаж это для мужчин, Не искать в пораженье причин! Лучше просто пуститься в пляс, Верю я, что ваш дух не угас! Поведу вас в атаку друзья, Мы пираты — родная семья! Будем драться вроде чертей, И других больше нет идей! Шуму создавала эта песня много.Граф Санта-Клаус дон Парадный вошел в помещение он опоздал на приглашение губернатора и поэтому оказался страшно злой. Увидев здоровенного детину поющего малопристойные песенки он с волнением спросил:
— А это еще что за шут?
Губернатор ответил:
— Ты видишь самого великого адмирала Папирус дон Хапуга!
— Да какой это дон Хапуга? — Рассвирепел, топая сапожицами по мрамору граф. — Это просто шут бобовый.
— Не может быть, у него эполеты. — Пробормотал опустив голову и густо покраснев губернатор.
Граф истошно проорал:
— Так этот толстый гаденыш самозванец, я несколько раз встречался с адмиралом, он совершенно не похож на ряженую гориллу.
— Арестуйте его! — Прокричал стараясь скрыть смущение губернатор.
Уже не раз тертый Олег понял, что дело плохо чиркнул спичкой и поджег заранее подготовленный фитиль. Сундук только сверху был покрыт тонким слоем золотых монет, а внизу и посередине был порох. Юноша на всякий случай предусмотрел пути отхода. Плюс, конечно же, и экономия драгоценного металла, когда совмещаешь приятное с полезным. А точнее выполняешь, причем успешно две функции. Взрыв должен стать сигнал для общей атаки пиратов. Целый отряда стражников уже подбегал к двери, и Олег швырнул сундук в них. В бросок он вложил все свое отчаяние и ярость, поэтому довольно увесистый предмет полетел довольно далеко. Взрыв был страшен, обвалилась пара колон, было убито больше тридцати человек, а взрывная волна отбросила Олега к стене, едва не расплющив юношу.
Крепкие кости хрустнули, однако это лишь разозлило Олега, размахивая мечом, он ринулся добивать уцелевших врагов. Варнава также не терял даром времени, швырнув стол и придавив губернатора, он выхватил саблю и налетел на графа.
Между ними вспыхнул жаркий поединок.
Санта-Клаус кричал, хрипя словно сломанный граммофон:
— Горилла облезлая, я тебя проткну насквозь шпагой.
Варнава в ответ орал:
— Петух я срублю тебе голову.
Превосходство капитана пиратов в росте и весе сказалось мощным ударом массивной сабли, он перерубил шпагу, а затем почти рассек своего соперника пополам.
Правда, умирая граф обрубком шпаги, слегка поцарапал ему живот, проступила кровь.
Впрочем, Варнаву это не могло остановить, он продолжал махаться направо и налево. На него бросались стражники, и, получив добрый удар, оседали. От взрыва выбило двери и, видя яростно сражающегося мальчишку, капитан прибавил ходу к нему. Олег громко прокричал:
— Атаман, бегите отсюда, я задержу их.
Варнава, зарубив очередного, противника пробурчал:
— Скоро подойдут наши друзья, а мы и так продержимся.
Применив прием, двойной винт Олег срубил сразу троих и стал рядом с капитаном. Мальчишка шепнул:
— Главное чтобы не применили мушкеты.
Снаружи было слышно как корабль залп, потом, развернувшись, пальнул другой раз.
Олег же рывком скинул ненавистные туфли. Запустил каблуком прямо в глаз одному из пытавшихся прорваться офицеров. Благо каблук серебряный и лупит сильно, вылетело око, зависнув на нервном стебле.
Как и полагали пираты, внезапность позволила им частично захватить и частично уничтожить вражеские пушки. Гарнизон крепости попал под жернова, многие солдаты были убиты сразу, они пали, даже не осознав опасности. Почти триста закаленных в боях морских разбойников ворвались в город. Контрабасовцы гибли сотнями, лишь отдельные из них отстреливались или пытались рубиться.
Крутой Олег и Варнава, и еще два пирата, не стояли на месте, а перешли в наступление, охрана дворца довольно быстро впала в панику. Они дергались и отступали, закидывая своими мертвыми телами мраморные лестницы. Юноша вошел в дикий раж, словно у него и не было бурной ночи, вот очистив несколько комнат, они вырвались из колоритного сооружения, где казалось, даже стены источали угрозу.
Срубив троих, Олег окинул окрестности орлиным взором. Все ближайшие подступы к городу были охвачены пожарами, видны многочисленные фигурки, которые копошились как муравьи и сталкивались друг с другом.