– Да потому, что их уровень несоизмеримо ниже нашего. Понятно?

– Понятно, – Дзеди кивнул. – Но может и не заинтересовать, ведь так?

– Так, – легко согласился Арти, – но посмотрим. Не будем торопить события. И ещё. В присутствие посторонних говорить только на русском.

– Это ещё зачем? – опешил Лин.

– Чтобы у них не было возможности проанализировать наш язык и понять, о чём мы беседуем между собой.

– Если кто-нибудь возьмётся анализировать рауф, – заметил Лин, – я посмотрю, что у него получится! Кто сможет проанализировать полуинтуитивный язык, в котором правил больше, чем слов в словарном запасе среднего обывателя?… Нет, Арти, это нереально. Я сколько лет на нём говорю, а со всеми правилами так до конца и не разобрался. Ты думаешь, что они способны?…

– Давай всё же подстрахуемся, – попросил Арти, – тебе самому спокойнее будет. Всё понятно?

– В общих чертах, – Дзеди поднялся на ноги и принялся мерить шагами камеру.

– Арти, а как ты думаешь, есть хоть какой-то шанс, что нас заберут обратно? – спросил Дени.

– Ты хочешь правду? – по выражению лица Арти было невозможно ничего понять. Дени кивнул. – Такого шанса нет. Удовлетворён?

– Почему? – Лин больше не улыбался, на лице его проступило выражение горестного изумления.

– Точно не скажу, но чувствую, что нет. Обычно интуиция меня не подводила. – Арти пожал плечами и добавил: – До сих пор не подводила.

– Ребята, это же всё из-за меня! – Дзеди покачал головой. – Не понеси меня тогда нелёгкая через Эстен, не вспомни я про эту гряду, что перед Ролом…

– Да ладно тебе, – утешил его Лин, – не переживай. Мы же все это сделали, не ты один. Да и не могли мы этих бедолаг там оставить, ведь правда, ребята?

– Правда, – отозвался доселе молчавший Ноор, – не по человечески бы это было. Вот только…

– Что? – спросил Дзеди.

– Почему она так с ними поступала? – спросил Ноор. – Зачем ей было нужно их…

– …их что? – теперь все смотрели на Ноора, и он продолжил:

– Зачем ей нужно было их убивать?…

– С чего ты взял, что она?… – начал Лин, но Арти его прервал:

– Мы не успели вам сказать тогда, но… пока вы их выводили, мы с Ноором проверили помещение. И нашли утилизатор. В нём – одна органика. Ну, не совсем одна… восемьдесят девять процентов. Я подозреваю, что всё остальное – это одежда. А эти восемьдесят девять…

– Боже, – шепотом сказал Дзеди. – Почему вы раньше не сказали?

– Мы думали. – Арти побарабанил пальцами по столу. – За Ноора я, конечно, не отвечаю, но я сам…

– Тогда всё ясно, – заключил Дени. – Зачем ей свидетели? А в совете у неё столько знакомых, что пальцев на руках и ногах не хватит. Вот от нас и избавились. Я правильно понял?

– Почти, – Арт кивнул, – есть ещё одна маленькая деталь. Совета, как такового, не было. По крайней мере, мы на нём не присутствовали. Так?

– Так, – согласился Дзеди.

– Смею предположить, что его не было вообще, – подытожил Арти, – а вопрос с нами был решён на несколько более высоком уровне.

– Вечные? – удивился Лин. – Неужели они могли оправдать её и так поступить с нами? Это невозможно…

– Вполне возможно. Вы всё поняли?

– Арти, что же нам теперь делать? – тревога, прозвучавшая в голосе Дзеди, заставила остальных повернуться к нему. – Если рассуждать, опираясь на то, что ты сейчас сказал, то… у меня пока выходит вот как: мы должны соблюдать осторожность и не выдавать никакой информации ни о себе, ни о своей работе; мы не должны вступать ни в какие контакты и разговоры; мы должны просто сидеть и терпеливо ждать… чего?! Скажи, ради Бога!

– Если бы я знал, – вздохнул Арти. – Пока я понял, чего делать нельзя. И никак не могу понять, что же всё-таки делать можно.

– Ну, хоть поприкалываться-то разрешишь? – жалобно вопросил Лин. – А то такая скука…

– Не переходя пределов разумного – можно, – сжалился Арти. – Только никого не зли. Понял?

– Ладно, – Лин поднялся со стула. – Пошли по домам, что ли? Спать охота…

– Пошли, – согласился Дени. – Арт, мы уж последний раз по координатам проскочим, хорошо?

– Естественно, – Арт улыбнулся, – пусть дорога будет интересной и приятной!

Опасность. Вот что он понял. Прошло ещё сколько-то времени. Вначале было странно – к ним в камеры приносили еду, всегда в одно и то же время, смену постельного белья; их три раза в неделю водили в душ. Но с ними никто не разговаривал и вообще не проявлял к ним интереса. Так продолжалось почти три месяца. За это время они несколько раз собирались в комнате Арти, Лин потешался над всё более мрачными прогнозами, которые тот высказывал.

– Ведь ничего не происходит, – с жаром доказывал Лин, – подержат – и обратно!