– Конрад, берегись, у него меч в руке! – и сам отпрыгнул в сторону.

В принципе для всадника двое пеших – лёгкая разминка, особенно если они не ожидают нападения, да еще без щитов и серьёзного оружия.

А между тем всадник уже был рядом. Он взмахнул мечом, но Конрад поднырнул под клинок и отшатнулся в сторону.

Дружинник пронёсся мимо и развернул коня.

– Что это он? – недоумевал Конрад. – Он мне незнаком, обиды ему я не наносил…

– По велению князя, не иначе. И дружинник – для особых поручений.

А всадник уже снова разогнал коня.

Конрад выхватил саблю, и перед мордой коня отпрыгнул в сторону. Алексей благоразумно стоял на другой стороне дороги, слева от всадника – в ту сторону бить правой рукой неудобно.

Дружинник, видимо, решил сначала расправиться с Конрадом, поскольку сабля была у него и немец представлял опасность. На Алексее пояса с оружием не было, и княжий гридь решил оставить его «на закуску». Но у Алексея был нож. Когда дружинник делал замах мечом, он не смотрел на Алексея, чем тот и воспользовался. С трёх метров он метнул нож, целясь всаднику в шею. На голове у того шлем, торс прикрывает кольчуга – её ножом не пробьёшь.

Раздался звон, короткий вскрик, лошадь со всадником пронеслась дальше, и Алексей с испугом посмотрел на Конрада – цел ли? Но рыцарь стоял, сжимая в руке саблю, крови нигде не было видно.

– Конрад, ты как?

– Цел. Воина успел по ноге ударить.

Лошадь, проскакав полсотни метров, остановилась. Всадник завалился на шею коня, потом сполз вбок и соскользнул на землю. Одна нога его так и осталась в стремени.

Конрад удивился:

– Слаб русский на рану.

– Я нож в шею ему кинул. Идём, посмотрим.

Они подбежали к дружиннику. Тот был мёртв. Бедро глубоко рассечено, нога в крови – удачно попал Конрад. Но не эта рана была причиной его смерти. Из шеи, у нижней челюсти, торчала рукоятка ножа.

Алексей нож выдернул, обтёр о порты дружинника и вложил в ножны. Ногу убитого вытащили из стремени.

– Конрад, бери под уздцы – и в лес.

Конрад вложил половецкую саблю в ножны и повёл лошадь в рощу. Алексей подхватил дружинника за ноги и потащил за Конрадом. Не дай бог, покажется кто-нибудь на дороге! Убийство княжеского дружинника – тяжкое преступление, и карается смертной казнью. Никто и слушать не будет, что гридь напал первым и на тех, кто, обороняясь, убил его, нет вины. Всё делать надо было быстро.

Когда дорогу скрыли кусты и деревья, Алексей снял с убитого шлем и надел на себя.

– Конрад, лошадь привяжи, чтобы не ускакала. Да помоги убитого раздеть.

Они сняли с гридя пояс с ножнами.

– Меч где?

– Наверное, на дороге.

– Снимай с него всё, что можно, а я сейчас.

Алексей метнулся на дорогу, бросил быстрый взгляд влево-вправо. Никого! Это просто удача! Он побежал по дороге. Да где же его меч?

Он нашёл меч на обочине, в траве. Схватив его, сразу нырнул за кусты.

Конрад уже стянул с убитого сапоги и кольчугу.

– Рубашку снимать?

– Брось, она в крови.

– Примерь кольчугу.

Конрад попробовал влезть в металлическую рубашку.

– Узко, не могу. Попробуй ты.

Алексей кольчугу надел. Немного тесновато, полной грудью вздохнуть невозможно, но на какое-то время сойдёт. Снова надел шлем, застегнул кожаный ремешок под подбородком. Обул сапоги дружинника – они были добротные. Хотел пояс с мечом на себя надеть, да передумал. Для Конрада меч – оружие более привычное, и он протянул пояс другу:

– Надень на себя, а мне пояс с саблей отдай.

Конрад надел на себя пояс, выхватил из ножен меч и сделал им несколько взмахов.

– Хороший клинок, и рукоять прикладистая.

Алексей оглядел себя. Вроде на дружинника похож. Шлем, кольчуга, сапоги добротные. Порты бы поновее, его совсем потёртые, едва ли не до дыр. Ну да это дело наживное.

И Конрад приободрился, завладев привычным оружием.

– Давай тогда хлеб съедим.

Алексей, перед тем как кольчугу натянуть, положил краюху на траву.

– Давай.

Насухую они дожевали ржаной хлеб.

– Эх, сала бы сюда!

По дороге, не спеша, прогромыхала повозка.

– Конрад, нам нужно отсюда убираться. Мы убили княжеского воина, а за это полагается смерть.

– Я сразу это понял, во всех землях так. Пойдём или поедем?

– Лошадь одна, долго не протянет.

– Гнать не будем.

– Уж больно приметно будет – вдвоём на лошади. У нас есть выбор? Насколько я помню, волынские земли скоро закончатся, мы на самом их краю. Потом киевские владения пойдут, а затем уже – черниговские. Нам точно на восток надо.