Райса кивнула. Они снова обнялись, стараясь согреться. Дождь почти прекратился, с листьев срывались редкие капли. Вскоре Райса задремала… а вот Рею уснуть никак не удавалось. Он пытался проанализировать – что же всё-таки с ним происходит – но так ничего и не придумал. Вскоре усталость начала наваливаться и на него. Набегались за день, нервотрепка… Наступил какой-то странный уют – несмотря на холод, несмотря на грязную землю; мир сжался вокруг них, и не было ничего, кроме крошечного купола веток…

Голова Райсы лежала у Рея на груди. Он обнял ее за плечи, и сам устроился поудобнее, прижавшись щекой к ее волосам. Мир начал расплываться… и Рей сам не заметил, как соскользнул в сон.

…Через двое суток после первой попытки вернуться на Орин они с ужасом поняли, что детекторы не работают вовсе. Видимо, их попытка пройти через синхронизированную точку привела в действие некий скрытый механизм, и детекторы разом оказались заблокированы.

– Этого не может быть, – убежденно говорила Райса. После третьей попытки они отчаялись окончательно. – Детекторы не ломаются!.. И не блокируются сами, это просто невозможно! Детекторы – это ведь практически то же самое, что и наши тела!.. Старые модели выходили из строя, но эти… Как может сломаться вода?!

Рей кивал. Он понимал, что с ними случилось что-то очень плохое. Настолько плохое, что хуже, наверное, не бывает. Но отчаиваться было пока что рано.

– Нас найдут, – бодро ответил он. – Обязательно найдут. Я уверен.

Однако спустя еще пару дней его уверенность стала куда-то пропадать. Они всё равно решили не уходить далеко от точки – на всякий случай.

Райса проснулась первой. С минуту она не могла понять, где находится, потом события вчерашнего дня обрели плоть, и Райса горестно вздохнула. Сквозь листья и ветки пробивалось несмелое утреннее солнце, небо совершенно очистилось. Райса осторожно выглянула наружу. Вроде бы никого… Она выбралась из кустов.

В траве под ее ногами краснели какие-то маленькие невзрачные ягодки. Эльфийка присела на корточки, сорвала одну, понюхала. Запах оказался приятным, Райса умела чувствовать растения, поэтому сразу сообразила – ягоды не ядовитые. Похожи на те, что она когда-то ела на Эорне, но те были крупные, а эти – совсем маленькие. Точно, точно! И листья почти такие же… Райса сунула красную ягодку в рот. Вкусно.

– Рей, – тихонько позвала она, – я тут ягоды нашла, вылезай, давай…

В кустах зашебуршало. Спустя пару минут из веток высунулась физиономия Рея в обрамлении спутавшихся, испачканных в земле волос. Он с трудом продрался сквозь кусты, и сел на траву, держась руками за голову. Лицо у него было каким-то ненормальным: глаза опухли, нос покраснел.

– Райса… – жалобно произнес Рей. – Слушай, я что-то совсем… что-то не то… Голове больно, и кружится все… Можно, я лучше полежу, а?

– Господи, что с тобой?! – Райса кинулась к нему. – Боже… Мамочки…

Она схватила Рея за руку и вскрикнула от удивления – рука была очень горячая. Глаза его лихорадочно блестели, на висках выступила испарина.

– Не знаю, – прошептал Рей. Говорить громче ему было тяжело. – Никогда такого раньше не было… А чего так холодно? Солнце же вроде… Дай я лягу…

Он опустился на землю, кое-как лег, скорчившись и подсунув одну руку под голову. Холодно. Еще холоднее, чем было вчера.

Райса сняла свой жилет, набросила на Рея и села рядом. «Мы пропали, – с ужасом подумала она. – Что же нам делать?»

Через некоторое время Рей проснулся, теперь ему стало жарко, он стал жаловаться, что хочет пить. Райса вылезла из кустов, побродила вокруг и – о чудо! – нашла брошенную кем-то бутылку с остатками приторно-сладкой оранжевой воды. Рей выпил воду залпом, не почувствовав вкуса, и снова лег.

Он не спал, просто лежал на земле и смотрел на Райсу. Его трясло. То и дело он пытался вытереть нос рукавом рубашки – за неимением ничего другого – получалось плохо. Рей выглядел ужасно. Перепачканный, встрепанный. И глаза мутные, совсем как у вчерашнего карпа.

– Райса, ты не бойся… Пройдет… ничего… дойдем до точки, попробуем еще раз… а если даже детекторы совсем… нас все равно искать будут. Скажи, а от такого… – он замолчал, не решаясь выговорить. – Ты ведь знаешь больше, ты в диком мире жила… от этого ведь нельзя… ну… умереть?