— Он придет, вот увидишь. Надо только подождать. Ты сама говорила, что танцоры Скаарсгарда в последнее время стали активнее.

— Да, но пророка среди них нет. Пока что я не заметила ни одного, напялившего на себя шлем с забралом.

Гвиннет тяжело вздохнула.

— И что нам делать, когда мы его найдем?

Сарк фыркнула.

— Конечно же, мы отберем у него шлем твоего отца и вернем его в надлежащее место — там, где была метка героя. Мы заставим признаться, откуда он похитил эти реликвии. А заодно разоблачим, докажем, что он ложный пророк, и остановим все эти безумные пляски.

— Хотелось бы. Только вот я немного сомневаюсь.

— И правильно делаешь. Ни в чем нельзя быть уверенной.

— А как вы думаете, почему волки стали танцевать чаще прежнего? — спросила сова после непродолжительной паузы.

— Хороший вопрос. Есть у меня одно предположение. По всей видимости, безумные танцоры обратили внимание на странные огни, появляющиеся на небе на протяжении последних ночей. Наверное, они думают, что это знаки скорого пришествия Скаарсгарда. — Вздохнув, Сарк добавила: — Бедняги, совсем умом тронулись.

— Но что это на самом деле за огни? Мне они кажутся немного… жуткими.

— Жуткими? Думаешь, что это какое-то сверхъестественное явление?

Гвиннет опустила глаза и кивнула. Ее было немного стыдно признаваться в том, что она боится.

Сарк продолжила более мягким тоном:

— Гвиннет, дорогая, не бойся. Это всего лишь воздух. Атмосферное явление, похожее на солнечный ореол в туманной дымке. Когда солнце садится за горизонт, его лучи проходят сквозь крохотные льдинки, парящие в морозном воздухе, и преломляются. А мы видим эти искаженные лучи, потому что, хотя воздух и холодный, как зимой, солнце встает и садится по-летнему. Зимой оно находится под другим углом к горизонту. Всё очень просто!

Гвиннет не показалось, что всё так просто, хотя объяснение Сарк ее немного успокоило. Но почему тогда столь многих волков охватило безумие? Как они с волчицей подсчитали, под влияние танцев Скаарсгарда попала примерно половина всех обитающих в этом краю. Зловещие хороводы, которые она постоянно видела, летая на разведку, уже преследовали ее во снах. Сипуха никак не могла прогнать из головы это неприятное зрелище. Да еще и то страшное открытие, которое Сарк изо всех сил старалась утаить, но сова все равно узнала: некоторые волки пожирают своих сородичей! Несколько ночей назад она пролетала над очередным кругом и увидела, как к упавшим в изнеможении танцорам, прячась в тени, подбираются чужаки из Крайней Дали. Некоторые даже не дожидались, пока танцоры упадут, а сразу набрасывались на них и впивались в глотку, пока те еще дышали.

От увиденного Гвиннет пришла в ужас. Она спикировала прямо на головы дикарей и выпустила когти, собираясь клюнуть кого-нибудь прямо в глаз. Но один чужак подпрыгнул и вырвал у нее из крыла маховое перо. Ничего серьезного — к весне у нее вырастет новое, если весна вообще наступит. Просто оказалось, что бороться с ними бесполезно.

Она вернулась к дереву обеи, решив ничего не рассказывать Сарк, но та учуяла мерзкий запах чужаков, пожиравших себе подобных.

— Не поступай так больше, Гвиннет, — сказала волчица.

— Не поступай как?

— Ты знаешь, дорогая. Да, они совершают ужасные поступки, но ты этого не изменишь. — Сарк прикрыла веки, голос ее дрогнул. — Мне не хочется потерять тебя, Гвиннет. Не глупи. И покажи крыло.

На этом разговор о чужаках и закончился. Они никогда больше не возвращались к этой теме.

На маленьком кусочке неба расступились облака, и показались звезды. Гвиннет расправила крылья, чтобы взлететь.

— Желаю удачи. И… будь осторожнее! — сказала Сарк.

Уже в полете Гвиннет повернула голову назад и посмотрела вниз.

— Не волнуйтесь, мадам!

На самом деле слова Сарк ее немного встревожили. Обычно волчица так не прощалась. За себя Гвиннет не боялась, но в последнее время в голосе Сарк проявилась не заметная прежде нежность. Раньше волчица никогда не беспокоилась по поводу совы и не желала ей удачи.

Прошло не так уж много времени, когда Гвиннет заметила внизу вздымающиеся клубы снега, как будто кто-то бежал по равнине, прокладывая себе тропу. При этом с одной стороны снега поднималось заметно меньше, чем с другой. Так бежать мог только один волк — глодатель Крекл. Если Фаолан бегал быстрее всех, то Крекл делал это уж точно красивее всех во всей стране Далеко-Далеко.

— Гвиннет!

Сова вздрогнула от неожиданности и резко развернулась.

— Кто это, во имя Глаукса? — пробормотала она себе под нос и тут же увидела подлетающего к ней Тулли.

Крекл замедлил бег и задрал морду.

— Эй, вы там, садитесь ко мне на спину. Снег очень глубокий, еще ненароком провалитесь с головой.

— Крекл! — воскликнула Гвиннет. — Как я рада тебя видеть! Ты живой! Я все думала, что же случилось с волками-глодателями.

— Некоторые в порядке. Другие… не очень. Тирлач вот погиб…