Нат повернул голову и поймал ее губы. Пусть себе смотрят. Он целовал ее в последний раз. Келли встретила поцелуй, все еще всхлипывая от слез.

Потом ее оттащили прочь, рывком подняли на ноги. Фавре стальной хваткой вцепился ей в руку.

— Сдается мне, тут не только профессиональные отношения, — насмешливо протянул он.

Внезапно Фавре привлек Келли к себе и впился ей в губы. Она вскрикнула удивленно и негодующе. Негодяй тут же отшвырнул ее к своей индианке, утирая кровь.

Келли его укусила!

— Будь спокоен, Натан, — прошипел он. — О твоей девушке я позабочусь как следует. — Он оглянулся на Келли и свою подругу. — Уж мы с Тшуи не дадим ей скучать. Верно, милая?

Индейская ведьма вплотную приблизилась к пленнице и, подняв один из ее локонов, принюхалась.

— Гляди-ка, Тшуи уже заинтересовалась.

Нат порывался наброситься на негодяя, сражаясь с веревкой.

— Мразь, — шипел он, задыхаясь в тугой петле.

— Спокойствие, мальчик. — Луи отступил назад, прижав Келли за плечи. — Она в надежных руках.

Слезы бессилия катились по щекам Ната одна за другой. Вместо дыхания из его груди вырывался сдавленный хрип. Веревка струной врезалась в горло, но он не сдавался. Если уж уготована смерть, то не все ли равно, как умереть — в петле или пламени?

Перед глазами у него потемнело, по краям замигали искры...

— Брось, Нат, — шикнул на него Коуве.

— Зачем?

— Пока жив, надежда всегда остается.

Нат обмяк в своих путах, не находя в профессорских словах ничего, кроме пораженчества.

Очень скоро дышать стало легче. Он смотрел вослед уходящей банде, точнее, провожал взглядом Келли. Вот она обернулась в последний раз, у опушки, и через миг пропала из виду.

Все молчали, за исключением Анны, нашептывавшей молитву. Несколько индейцев сзади затянули что-то скорбное, другие рыдали. Так они и сидели, уже ни на что не надеясь, пока палящее солнце над ними медленно катилось к закату. Каждый вздох, каждый всхлип приближал их к неминуемой смерти.

— Что же он нас просто не пристрелил? — пробормотал сержант Костос.

— Не его метод, — ответил профессор. — Он хочет замучить нас ожиданием, чтобы мы взмолились о смерти. Любит медленные пытки, гад.

Нат закрыл глаза, чувствуя себя уничтоженным.

Часом позже к югу от них прогремел оглушительный взрыв. Открыв глаза, Нат увидел толстый столб дыма и каменной пыли, взметнувшийся в небо.

— Завалили расщелину, — сказала Каррера на другом конце ряда.

Нат отвернулся. Отголоски взрыва слышались еще несколько секунд и только потом стихли. Все теперь ждали последнего взрыва — того, что убьет их и выжжет долину дотла.

В нависшем тягостном молчании Нат вдруг услышал явственный всхрап, донесшийся откуда-то с опушки. Всхрап ягуара.

Нат и Коуве переглянулись.

— Тор-Тор? — спросил Натан, загоревшись надеждой.

Зашелестела листва, и наружу высунулась морда гигантской кошки. Но не той, что привел с собой Манни.

Огромный, черный как смоль ягуар выступил на поляну, втягивая носом воздух и щерясь в голодном оскале.

17 часов 35 минут

Джунгли Амазонии

Келли старалась идти вровень с носилками. Сподручные Фавре, казалось, не знали устали, маршируя по джунглям нижнего каньона, словно машины из мяса и костей. Сама Келли, шедшая налегке (камень на сердце — не в счет), спотыкалась на каждом шагу.

Фавре задал нелегкий темп. Ему хотелось пораньше добраться к болотному озеру и укрыться в прибрежном лесу — прежде чем полыхнет верхний каньон.

— А там только жди — вояки слетятся, как мухи на кучу дерьма, — предупредил Фавре. — Уходить надо далеко.

Еще Келли удалось подслушать пару фраз на испано-португальском арго, которыми перебрасывались наемники, в промежутках между кряхтением и руганью. Фавре радировал вперед и договорился, чтобы моторки встретили его на реке. День перехода, и они быстро пустятся дальше.

Перво-наперво от них требовалось благополучно прийти к месту встречи, что предполагало известную долю спешки. Поэтому к отстающим, в том числе и Келли, француз был беспощаден. Мерзавец присвоил себе кнут Манни и прохаживался вдоль своего каравана, словно погонщик рабов, то и дело хлеща провинившихся. Один такой удар пришелся по спине Келли, когда она, потрясенная взрывом в ущелье, рухнула на колени. От отчаяния ноги не слушались ее, Келли была не в силах двинуться с места. И тут плечо вспыхнуло болью. Кнут разорвал ей рукав и полоснул по коже. С тех пор она изо всех сил старалась не падать.