Агент помчался по пожарной лестнице, перескакивая через три ступеньки и успевая при этом следить за Альбаном. Тот пробежал по Парк-авеню и свернул на Тридцать пятую улицу в восточном направлении, к реке.

Пендергаст поспешил за ним. Выскочив на Тридцать пятую улицу, он заметил Альбана в двух кварталах впереди. Силуэт молодого человека четко вырисовывался в свете фонарей и удалялся с невероятной быстротой — похоже, это был прирожденный бегун. Пендергаст продолжил погоню, но к тому времени, когда он добрался до Лексингтон-авеню, Альбан уже пересек Вторую авеню и несся вдоль Сент-Вартан-парка. Понимая, что ни за что не догонит его, агент все-таки упрямо бежал следом, надеясь хотя бы увидеть, в каком направлении скроется сын. Исчезающая, уже почти не различимая фигурка миновала Первую авеню и двинулась в сторону Рузвельт-драйв. Перепрыгнула цепное ограждение, взобралась на бетонный парапет дороги и скрылась в темноте.

Пендергаст пробежал мимо парка, проскочил по красному сигналу светофора Первую авеню. Перемахнул через цепь, затем через парапет и очутился на проезжей части Рузвельт-драйв. Загудели клаксоны, скрипнули тормоза. Лавируя между машинами, агент выбрался на дальнюю обочину и остановился, оглядывая дорогу в обоих направлениях. Но Альбан растворился в ночи. Впереди протекала Ист-Ривер, справа темнел паромный терминал Хантерс-Пойнт, слева мерцал огнями мост Куинсборо. Прямо перед Пендергастом на фоне воды выделялись два пустых, полусгнивших и разрушенных прибоем причала, дальше тянулись вдоль берега заросли камыша, сухого тростника и увядшей ежевики, темно-бурые в лунном свете.

Здесь хватало мест, где Альбан мог бы спрятаться. Он все продумал заранее и знал, куда бежать. Поиски были безнадежным делом.

Пендергаст развернулся и прошел по обочине дороги к расположенному пятью кварталами южнее пешеходному переходу. И вдруг, в тусклом свете фонарей на мосту, уголком глаза заметил человека, стоящего на первом пирсе.

Это был Альбан. Сын смотрел прямо на него. И помахал рукой, когда Пендергаст повернулся в его сторону.

Агент тут же перескочил через парапет дороги и бросился сквозь заросли к пирсу. Но когда он добрался до места, Альбан уже пропал.

Сообразив, что сын вряд ли уйдет далеко от набережной, Пендергаст помчался в северном направлении. И через мгновение увидел Альбана, который вбежал на второй пирс и остановился в ожидании, сложив руки на груди.

Пендергаст на ходу вытащил пистолет. Продираясь сквозь кусты и обегая металлические трубы, он на время упустил Альбана из виду. А когда наконец добрался до пирса, то получил сокрушительный удар по ноге и, не удержав равновесия, упал. Еще в полете его настиг второй удар, выбивший пистолет из руки. Пендергаст прокатился по земле и попытался подняться, но Альбан, предвидя этот маневр, приложил агента коленом в голову и вдавил его лицом в цемент.

Затем так же быстро отпустил. Пендергаст вскочил на ноги, готовый к схватке.

Но Альбан не собирался нападать. Он отступил назад и снова скрестил руки на груди. Пендергаст замер, и они уставились друг на друга, как два хищника, выжидающие, кто первый бросится в атаку.

Неожиданно Альбан расслабился.

— Endlich, — произнес он. — Наконец-то. Теперь мы можем поговорить по душам… как отец с сыном… я долго ждал этой возможности. — И улыбнулся почти приветливо.

Они стояли и смотрели друг на друга сквозь полумрак. С трудом переводя дыхание, Пендергаст вдруг понял, что никто и никогда не справлялся с ним так легко и быстро. Альбан застал его врасплох: сначала сделал вид, будто ждет его, а потом за считаные секунды поменял позицию и неожиданной атакой довел дело до конца.

Агент отмахнулся от этих мыслей. Он по-прежнему не сводил глаз с сына, ожидая, что тот скажет или предложит. У Пендергаста оставался при себе запасной пистолет и еще кое-что из личного оружия. На этот раз Альбану не уйти.

— Не правда ли, странно? Мы стоим здесь лицом к лицу, — начал Альбан спокойным, приятным голосом. В отличие от брата он говорил совсем без акцента, но произносил слова с особой тщательностью, подсказывающей, что это не родной для него язык. — Мне было суждено встретиться с тобой. Как все сыновья встречаются со своими отцами.

— А как насчет матерей? — спросил Пендергаст.

Похоже, этот вопрос не удивил Альбана.

— Испытание вступило в решающую фазу — продолжил он. — Должен признать, что ты быстро решил мою маленькую загадку. Извини, но я не был в этом уверен.

— А ты, оказывается, любишь поболтать.

Краем глаза Пендергаст заметил, что в траве, футах в десяти слева от него, сверкнул ствол его пистолета.

— Да, люблю, — усмехнулся Альбан.

Он сделал шаг вправо, затем еще один, закрывая агенту дорогу к оружию. Хотя ему было всего лишь пятнадцать, выглядел он намного взрослее — высокий, красивый, сильный и быстрый, как гепард. Если его к тому же обучали боевым искусствам, то в предстоящей схватке у Пендергаста не будет никакого преимущества.