Шрифт:
– У нас не хватает людей, – это толстый намек, что Хиллари умыкнул у Адана Селену. Но не от хорошей же жизни.
– У нас киборги загружены меньше людей. Ставь их на круглосуточное – ни тебе сверхурочных, ни усталости.
Кривая мина Адана.
– Их еще учить надо… А еще они малоинициативны, исполняют только прямые указания, а у нас…
Пока Адан заканчивал тираду, Хиллари вспомнил про чрезвычайно самостоятельного Этикета – «Куда он ездил? Зачем? А вернулся ли?» – и подытожил:
– Здесь Денщик, Рекорд и Молния. Еще я снимаю с театра Электрика и тоже отдаю тебе. Бери и используй на всю катушку.
Адан примирительно согласился. Электрик – это класс, его учить не надо.
– Ну что, – Хиллари обвел глазами сборище глав отделов, – на сегодня все?
– Нет еще, – подал голос менеджер по административно-хозяйственной части, до этого тихо сидевший поодаль. – У нас при плановой проверке выявлен процент озеленения помещений ниже нормативного. Рекомендовано устранить недостатки в течение трех недель.
Хиллари тупо уставился на менеджера, потом до его сознания дошел смысл сказанного, и он ответил:
– Подготовьте смету на эту зелень, только выберите подешевле.
И еще раз покачав головой, добавил:
– Мне бы ваши проблемы!..
Впереди был разговор с Чаком, за все время не проронившим ни слова…
Идея Черной Метки из региона 999 «двойки», подхваченная и расширенная на 997-998-1000 неутомимой Транки, начала приносить плоды уже в субботу после обеда, благо туанские маркеры для рисования по коже были дешевы и доступны; на сходках и тусовках резко возросло число до неузнаваемости размалеванных девчонок, да и пацаны не отставали – но эти наносили на себя узоры симметричные, резко воинственные, мрачные и грозные. К субботнему вечеру охват достиг примерно пяти тысяч особей – в основном тех сетевиков, которые с утра торчали в регионе с Транки и ТомПаком, но к ним стали приглядываться и другие. Над всем этим витал взбудораженный девиз: «Мы им покажем! Знай наших!»
Покончив с деньгами, Маска смогла наконец унырнуть из цивильного мира в тусовый; вернувшись в полугостиницу-полуночлежку, где они с Фанком сняли комнатку, она сейчас же кинулась к умывальнику. Напевая что-то дикарское, она разлохматила свою гривку, скорчила себе самой рожу и высыпала на полочку под мутным, в пятнах и кракелюрах, зеркалом горсть туанских карандашей.
– Фааанки, – высунув язык и будто помогая им движениям карандаша, она пыталась по кривому отражению понять, что же там затевает над собой трусливый дядюшка, – а я все бутки со счета сняла, вот. И хвоста не привела. С тремя пересадками ехала, плюс на такси и проулками через забор, и по черным дворам.
– Ну и хорошо, – негромко откликнулся Фанк; за годы артистической карьеры он так привык к своему лицу, что управлялся с ним без зеркала.
– Ииии! Да ты тоже решил лукануться по-новому?!
– Как видишь, – Фанк уверенными, точными движениями рисовал морщины.
– А почему под старика?
– А потому, что ищут молодого. Ты-то зачем на старый лад красишься? Ты уже в розыске, могла бы и подумать…
– Уж не знаю, с какой дури, – изогнулась у зеркала Маска, – но многие девчонки стали рисоваться так. Я видела штук пять, пока туда-сюда каталась. Знаешь ведь, я на такие размазки глазастая! Вот и решила – надо назад вид вернуть. Так я скорее потеряюсь, особенно в комп-холле и на танцах.
Достав из сумки и встряхнув седой парик, Фанк чуточку понаблюдал за Маской, как она старается.
– Ну-ка, стой, – поднялся он с койки. – Дай сюда маркер.
– Не тррррожь меня! Уйди!
Но перехватить орудие труда из щепоти в кулак она не догадалась, и Фанк легко вынул его из пальцев.
– Не вертись, лицо повыше. Эээх, всему ты научилась, только не косметике… – тихо ворчал он, рисуя на вскинутом личике Маски замысловатые фигуры.
– Еще слово – укушу, – пригрозила Маска сквозь сжатые зубы. Но довериться ему можно было полностью – визажистикой Фанк владел в совершенстве.
– Куда собралась? – нельзя было упустить момент, пока Маска стоит смирно и не отворачивается.
– Маме звонить; да и ты позвони, не забудь.
– Рановато.
– Аааа, не могу сидеть дома.
– СЮДА НЕ ВОЗВРАЩАЙСЯ, Я УЙДУ И СДАМ КЛЮЧИ. ВСТРЕЧАЕМСЯ В СЕМЬ ВЕЧЕРА, В ПЕРЕХОДЕ СО СТАНЦИИ СПИКОС-ФА НА ДОР ХАЛЛАН, ПО ПРАВОЙ СТОРОНЕ. ЖДАТЬ БУДУ ПОЛЧАСА ОТ СРОКА.
– О'К. ДОГОВОРИЛИСЬ, – все-таки, как ни надоел этот Фанки со своими страхами, он умел маскироваться и скрываться лучше многих; в этом тоже на него можно было положиться. Ну, еще бы – двадцать лет на воле и ни разу не попался! Наработка, слава богу, впору школу открывать.
Чак Гедеон упорно промолчал все совещание. Хиллари почувствовал, что случилось что-то неладное. Разговор с Чаком он начал наедине, у себя в кабинете, подключив экран, чтобы видеть выражение лица своего главного военного спеца. В обычное время Хиллари общался только по голосу, он стремился как можно больше снизить нагрузку на глаза, да и на нервы тоже. Но тут – другой случай.
Чак находился в Бэкъярде, в служебной комнатушке с простейшей офисной мебелью – стол, сейф, аппаратура связи; пилотку он снял, воротничок кителя расстегнул. Вид у него был сосредоточенный и встревоженный. Оторвавшись от бумаг – Чак практически всегда писал вручную, – он поприветствовал Хиллари кивком и непроизвольно провел рукой по лицу, чтобы снять усталость.