Всего на Праймзону должны были спустить двадцать спускаемых модулей. Легко подсчитать, что на Сахаре сейчас около ста тысяч «крыс» (чуть меньше, учитывая необратимых коматозников и не переживших полет) и откровенно уголовного элемента: убийц, насильников, воров и просто заблудших душ, совершивших преступление в мало контролируемом, почти в невменяемом состоянии, то есть чисто по пьяни…

Но если они, особо агрессивные, добрались до оружия и не смогли наладить свою жизнь, что, скорее всего, произошло, то вполне вероятно, они попытаются получить ресурсы за чужой счет. Тем более что транспорт у них есть, ведь в каждом спускаемом модуле находится по сотне таких же «круизеров», грузовиков и автобусов.

— Ну тогда все, мне пора, — сказал Эрик, садясь в машину.

— В какую сторону поедешь?

— На восток, навстречу солнцу, — выбрал направление Махов после краткого размышления, посмотрев то на запад, то на восток. — Если следующий встретившийся мне модуль будет под сто восьмидесятым номером, то я просто поверну назад и еще раз помашу вам ручкой, проезжая мимо.

Ремезов только посмеялся.

— Тогда бывай. И будь осторожен.

— Конечно, Антон Николаевич. «Крысы» всегда осторожны, потому и живы до сих пор… А какая-то часть меня навсегда останется «крысиной». Тут уж ничего не поделаешь.

— Это в наших условиях даже к лучшему, — кивнул Ремезов.

Эрик захлопнул дверцу внедорожника и, еще раз махнув рукой на прощание, нажал на педаль газа. «Круизер» легко и бесшумно взял с места и покатил по ровной, как стол, поверхности Сахары.

— Бортовому компьютеру включить запоминание пройденного пути.

— Исполнено, — отозвался бортовой компьютер женским голосом, определив, что за рулем находится мужчина. А сидела бы женщина — ответил бы мужским тембром.

Жидкокристаллический монитор мигнул, сменив общие данные внешней и внутренней среды на серую картинку-карту с курсором, посередине которой потянулась желтая линия. Автомобильный радар отмечал точки привязки, для начала взяв за таковой сам посадочный модуль и какой-то большой валун в стороне.

Функция запоминания пути позволяла автопилоту привести машину в стартовую точку в автоматическом режиме, если с водителем случится беда и он сам не сможет вести транспорт. Даже трудно представить, сколько таким образом было спасено жизней в колониях…

Полностью освоившись в управлении, что оказалось не трудно, Эрик разогнал «круизер» аж до пятидесяти километров в час. Бортовой компьютер внешними сенсорами оценивал впередилежащий путь и предупреждал об опасностях в виде большого камня или трещины в грунте (также отмечая их как ориентиры привязки), выделяя их контуры и окрашивая в красный цвет. Но подобных опасностей на пути встречалось не много, и путь получился на удивление ровным.

Двадцать километров пролетели за каких-то полчаса. Эрик даже ничего не почувствовал: ни страха (чего, собственно, бояться, пусто ведь кругом), ни даже особой радости или еще чего-то в том же роде. Не до веселья.

Через двадцать километров бортовой компьютер еще издали подсветил огромную тушу посадочного модуля. Махов не заметил вокруг никаких следов деятельности, тем более людей.

«Неужели они все еще внутри прячутся и все никак не наберутся смелости выйти наружу?» — удивился он не без легкого презрения, уже почти забыв собственный страх, который испытывал вначале.

Подъехав поближе, Махов обрадовался тому, что выбрал правильное направление. Посадочный модуль имел сто семьдесят восьмой номер, значит, его предположение о параллельности посадки спускаемых модулей относительно каньона оказалось верным и путь до головного модуля обещал быть довольно коротким.

«А может, они не проснулись? — снова подумал Махов о колонистах. — Либо компьютер не стал их будить, когда время полета еще не вышло… если не вышло. На самом деле ведь неизвестно, сколько мы в действительности пробыли в пути. Пять, десять, а то и все двадцать лет? Хотя нет, вряд ли двадцать, на такое время просто не хватило бы ресурсов медицинских комплексов. Запасы ограничены. Максимум пятнадцать… Но, собственно, что с ними? Сбой в системе пробуждения? Тогда…»

Махов не стал додумывать, что случится или уже случилось в этом модуле с пятью тысячами пассажиров, надел маску-противогаз и, не забыв прихватить винтовку, вышел из машины.

Внешних повреждений в корпусе посадочного модуля он не заметил. Постояв немного перед дверями и попытавшись представить, как его встретят, если пассажиры все же пробудились, — а вдруг его примут за инопланетянина и убьют со страху — открыл предохранительную крышку и нажал на кнопку открытия двери.

Автоматика сработала без проблем, и дверь в шлюзовую камеру отошла в сторону. Эрик вошел внутрь и снова нажал на кнопку, как только дверь за ним закрылась. Маску он решил пока не снимать. Мало ли что…