– Ой, - сказала Пэм весело.
– Что теперь, мой самоуверенный друг?

– Вы, девочки, готовы к просмотру?
– позвал Ирокез, и копы обернулись на нас, прежде чем возобновить разговор. Ирокез указал на надпись "ТАНЦОВЩИЦАМ СЮДА".

Я сказала:

– Конечно, мы готовы, сладкий! Мы идем туда и одеваем костюмы?

Он кивнул, и его ирокез качнулся. Пэм захихикала. Я никогда не слышала от нее такого смеха.

– Конечно, большинство девочек не утруждают себя костюмами, - сказал Ирокез, осклабившись.

– Я думаю, ты скоро поймешь, что мы не такие, как большинство, - сказала я, чертовски игриво.

Он был заинтересован.

– И чем же вы двое отличаетесь?

– Мы всегда вместе, - сказала я.
– Улавливаешь, о чем я?

– О, да, - ответил он, переводя взгляд с совершенно пьяной Пэм на меня.
– Что ж, идите переоденьтесь. Сегодня у нас зрители. Они проголосуют после вашего выступления. Вы можете получить постоянную работу.

О... брр. Я знала, что Пэм была заляпана кровью. Вампиры всегда это чувствуют. Пока мы проходили мимо Ирокеза по узкому коридору, я не смела встретиться с ним глазами.

Я направила моего пьяного вампирского друга в обозначенную комнату. Это было совсем не трудно. В комнате беспорядочно стояло около двадцати складных стульев, и шесть из них были заняты женщинами, ожидающими своей очереди. Я сделала вывод, что остальные уже закончили выступление и ушли. Ни ширмы для переодевания, ни столика для макияжа, ни вешалок, ни даже крючков для одежды, только зеркало в полный рост, закрепленное на стене - вот и все, что там было. Я была просто очарована.

Конкурсантки все были блондинками: по крайне мере они пытались ими стать так или иначе. Они взглянули на нас и отвернулись. Одно лицо выглядело смутно знакомым.

Я подвела Пэм к стулу. Она тяжело на него опустилась. На ее лице все еще виднелся лихорадочный румянец, но во всяком случае красные пятна тускнели. Сейчас она была больше похожа на обычного вампира, и меньше на вишнево-ванильное мороженное. Кстати о красных пятнах. Я быстро поплевала на платок и потерла капельки крови на блузке Пэм. Мне очень повезло; быстрый взгляд в зеркало на стене подтвердил, что я не перепачкалась в крови.

– Ладно, гений, что будем делать теперь?
– спросила я себя вслух.

Пэм сказала:

– Я, я... спрошу у нее. У нее есть два дополнительных костюма.

Она кивнула по направлению к женщине, которая показалась мне знакомой.

Пэм была до странности уверена в том, что у кандидатки в танцовщицы (которая, как я поняла, была вампиром) находится в ее огромной сумке.

– Пэм, ты отлично там справилась, - прошептала я.

– Ты тоже. Ты такая миленькая, - сказала она.
– Не удивительно, что Эрик тебя любит.

Я выглянула в хол. Копы все еще были там и все еще болтали с пышногрудой стриптизершей. Дерьмо.

Пэм осторожно встала и подошла к вампирше, которая сидела в одиночестве, выглядя скучающей. У нее были требуемого оттенка светлые волосы (как и у единственной афро-американской конкурсантки, кстати) и гигантские сиськи. Я полагала, что она на пару десятилетий старше Пэм. Она была худощавой, с угрюмым выражением на лице, как у человека, который привык, чтобы его баловали. На ней был желтый топ от купальника и в мелкую складку желтая с серым юбка. Интерпретация образа "озорной школьницы". Где же я ее видела до этого?

Как только Пэм ее поприветствовала, вампирша выпрямилась на стуле, наклонила голову и отбросила угрюмость. Когда Пэм прошептала ей что-то в ухо, та стала рыться в своей необъятной сумке. Она протянула Пэм какие-то маленькие кусочки ткани и две пары обуви. Я была поражена, пока не поняла, что она могла бы поместить там хоть двадцать костюмов, если судить по размерам того, который был на ней.

Пэм повернула ко мне голову, и я поспешила помочь.

– Что ты достала?
– спросила я.

Она бросила мне одежду. Сама она схватила сверкающе золотой эластичный бюстгальтер без бретелек, который был в тон... хм, с большой натяжкой можно было назвать это трусиками. К костюму шла пара полупрозрачных туфель на каблуках. Еще там было что-то вроде слитного купальника небесно голубого цвета, с черной отделкой; то есть когда-то он был "слитным", но теперь большая его часть была вырезана. Несколько голубых полосок, чтобы прикрыть грудь, преходящих в крошечные ленточки в нижней части, что было похоже на укороченное бикини. Черные босоножки на каблуках и черные же чулки завершали образ.