— Я знаю.

— Супер, я до сих пор под впечатлением! А ты был хорош. Впрочем, как всегда…

— Угу. — Он притворялся невозмутимым, а сам едва сдерживал довольную улыбку, растягивающую губы и, кажется, от удовольствия немного покраснел.

— Спасибо. — Тихо прошептала и погладила тыльной стороной ладони его щеку. — Ой, а где мы?

Девушка поняла, что они припарковались на стоянке одной из гостиниц, расположенную в получасе от города.

— Ты что меня в гостиницу привез? Мило…

— Вот жили бы мы одни, и не пришлось бы, как будто сама не понимаешь. Я хочу фееричного окончания сегодняшнего вечера, так чтоб утром все на нас косились, поможешь мне?

— Конечно!

— Тогда идем.

Закрывшись в номере, Слава подтолкнул жену к ванной комнате.

— Что?

— Иди, готовься.

— Я всегда готова, что за намеки? — Катя возмущенно упиралась.

— Иди, дай мне подарок развернуть.

Девушка недоверчиво покосилась на мужа и закрылась в ванной комнате. Там она разделась и набросила на обнаженное тело халат. После присела на бортик ванной и задумалась о том, что за таинственность развел Слава вокруг своего подарка? И где он, и что это? Любопытство сжигало. А еще девушка прекрасно понимала, что в номер они поднимались практически с пустыми руками, не считая какой-то небольшой сумки у Славы в руках.

— Ну что, можно уже? — Выкрикнула она, приоткрыв немного дверь. Вроде времени прошло достаточно, чтоб приготовиться. Или нет?

— Можно. — Донеслось откуда-то.

Катя, замирая внутри, сгорая от нетерпения увидеть мужнин сюрприз, выскользнула из ванной и прошла в спальню.

— Ох ты, Боже мой! — Она остановилась на пороге. — Это что, все мне?

— Тебе. — На столике у кровати стояла бутылка шампанского, фрукты и два бокала. А ее муж лежал на постели, в чем мать родила, в позе повторяющей творение кого-то из известных скульпторов, с милым розовым бантиком на шее.

— Только можно я вот это сниму? — Он потянул бант, пытаясь ослабить узелок. — Мешает как…

— Нет! Не смей трогать, я сама.

Катя приблизилась и, забравшись на кровать, толкнула его плечи, заставляя откинуться на спину.

— Блин, я так об этом мечтала! — Она вытащила ажурные чулки. Их она только что в ванной стянула со своих ножек и, задумавшись, машинально сунула в карман халата. — Ну, все, попался ты, дорогой. Давай руки.

— Учти, — Славиному спокойствию можно было позавидовать, — это только на период празднования твоего дня рождения.

— Да поняла я уже, не волнуйся. После полуночи верну инициативу тебе.

— А я не волнуюсь. Это тебе впору волноваться, дорогая, потому что за все надо платить, ты в курсе?

— Ой, боюсь-боюсь-боюсь! — Катя на секунду отвлеклась от привязывания парня к кровати и, прижав руки к груди, изобразила ужас. А потом вернулась к своему занятию.

Закончив, она скинула халатик и забралась на мужа верхом.

— Вот почему ты мне этого никогда не позволяешь? — Она провела ладонями по его гладкой теплой груди.

— Не знаю, — он поерзал под ней пытаясь изобразить жест, напоминающий пожатие плечами, — не люблю, когда на меня садятся сверху.

— Ты как всегда…

Катя прижалась к его груди и поцеловала шею. Скользнула по его телу ниже, не переставая целовать, добралась до плоского живота, задержалась на нем, лукаво улыбнулась и снова двинулась вверх.

— Эй! Ты ничего не забыла?

— Нет, но сегодня мой праздник, а не твой.

— Ну, ты дождешься у меня, Катерина, только развяжи…

Девушка тем временем устроилась на его бедрах и слегка приподнявшись, направила его в себя и, застонав, откинула голову назад.

— Поцелуй меня, Кать…

Она наклонилась и прижалась к его губам. Снова выпрямилась и тряхнула рассыпавшимися по спине волосами.

— Спинку прогни, Кать и давай, вспоминай, как мы на лошадях катались… Наклонись ко мне… Ниже, Кать… Подними мою голову я хочу твою грудь поцеловать… Сильнее опускайся, Кать… Вот так… Поцелуй меня, ну… Что?

Девушка послушно делала то, что он говорил, пока до нее не дошел смысл происходящего.

— Я не пойму, кто из нас сверху? — Она удивленно посмотрела на мужа.

— Всегда я, ты еще не поняла? Развяжи меня, я тебе покажу, как надо в такой позе сексом заниматься. Не умеешь ведь, а туда же.

— Ты меня перевернешь, — обижено заканючила она, — тебя только развяжи.

— Нет, Кать, обещаю, я помогу, раз тебе так хочется… развязывай. — Он нетерпеливо покрутил запястьями, словно пытался сам ослабить петли.

Катя задумалась на секунду и потянулась к его связанным рукам…