Шрифт:
– Вот именно. Я ему в половине случаев проигрываю! И что получается? Что я совсем ослаб?
– Дурак ты, а не Мажор. С ними ты на месте стоять будешь, а против меня все время растешь! Потерпи, нужно создать зазор между вами... Стисни зубы и старайся! Давай так, как только свалишь меня с ног или синяк там поставишь - сразу же ставлю на спарринги... На пол тренировки, а потом снова со мной.
– Ты прикалываешься? Где ты, а где я?
– Ну, значит, жри землю!
– Злой ты.
– Сам дурак. Я из тебя бойца сделаю. Ну, или покалечу!
– От спасибо, от это удружил!
– Да, пожалуйста, обращайся.
Хотя, что греха таить, Лаки - Руслан тоже чаше других на холодняке гоняет. Хм... А ведь со стороны видно, что у Сашки нет конкурентов среди нас. Я, по сути, только за счет реакции и скорости, бывает, побеждаю, а он за счет техники, и если чуток быстрее станет - все копец. А расти, можно, только, если есть к чему стремиться... Наверное, надо Руслана попросить и на холодняке меня погонять! Блин, как представлю, что Саня меня каждый раз уделывает, так холодным потом покрываюсь... Да будь ты не ладно - самолюбие мое...
После мордобития, поплелись к Васильеву. Мы там задачки по математике решаем, головоломки всякие и еще в шахматы играем, ну и лекции от майора, куда без них... Вот только не надо смеяться! Не до смеха тут...
Беда пришла, откуда не ждали. Степаныч как-то поинтересовался, кто умеет играть в шахматы. Оказалось, что не умеют только, Маркони и Балагур. Хотя с последним понятно, у него другое увлечение! А у Тихони вообще разряд. Так вот, когда даже Витька проиграл, стало ясно - тупеем! Рогожин даже за голову схватился и отправил нас - Васильева развлекать, по пути припомнив красные ухи Листика, когда он засмущался, из-за письма.
Самое здоровское, что майор вполне прилично говорит по-английски, правда с жутким акцентом... Так что он весьма был рад, что может попрактиковаться со мной в языке. Ну и я тоже. Практика - великое дело. А вот командир меня приятно удивил - оказывается, он почти идеально говорит на немецком! Тоже практика! И мозгу нагрузка. А Степаныч на китайском шпарит, я в шоке. Утверждает, что у него даже акцента нет. Пошел к нему в ученики! Класс!!! Я ж по-китайски ни бельмеса! Говорить, может, и не начну, но понимать буду, наверное...
Короче, два часа в день нагружаем мозг. Ну и отдыхаем, от злобных издевательств, любимого командира! Кругом польза!
Но вас то, наверняка, волнуют не страдания бедных солдат, а то, как же все-таки случилось, что два живых человека похоронили друг друга? Мутное это дело... Как есть мутное! Вернувшись с посиделок со своим вновь обретенным товарищем, Степаныч попал в оборот, а так как главной движущей силой, в вопросе получения ответов, выступал Рогожин... А что? Он-то эту историю узнал, куда раньше нас. То и знать ему хотелось не меньше нашего! Вот только вразумительного ответа не было...
Ну, со Степанычем вообще не понятно: ему полковник сказал, что Федор погиб. Может причина в том, что тот даже до больницы дожить не должен был? Не знаю. Но вот выжил, по странному стечению обстоятельств, а может и Божьим провидением, как сказал сам Федор. Вот с тех пор отец Евлампий и катается по военным частям, считая это своим предназначением. И самое интересное, что встретиться приятели могли раньше... Если бы Степаныч в свое время захотел узнать новое имя Федора. Ведь слышал о нем, слышал!
А почему Федор был уверен в том, что Степаныча нет в живых? Он, конечно, пытался узнать... Но Степаныч уже был в другом месте, и место это было секретным, он попросту исчез... Вот и вышло так, как вышло... Но не будем о грустном: встретились и хорошо! Лучше поздно, чем никогда!
И вот, наконец-то, Дед приступил к своим тайным зельям. Припряг к этому процессу Пьеро, целый день они что-то там варили, и вот оно - счастье!
Ранним утречком - на речке, Взвод солдатиков стоял. От холодной, от водички Их мандражик пробирал. Воет ветер, стынут руки, И поземка по земле. Ну, за что такие муки, Есть же лето на земле...Закончить Сане не позволил Балагур, отвесив ему знатного леща... Да уж никогда еще Санек не был так близок к смерти - стихоплет хренов! Пришлось спасать, друг все-таки! Хорошо хоть бегает быстро, как раз до речки добежали... А там я скомандовал строиться, после чего, уже со спокойной совестью наладил этому стихоплету подзатыльника.
Тут и Рогожин нас догнал, офонарел бедный от нашей прыти:
– Ох ты ж... Не те я вам стимулы задаю, не те! Это же надо, как вчесали! Можно смело от норматива отрезать еще пару секунд!