"Вроде и отъехали от Москвы не больше чем на пятьдесят километров, значит, погода что здесь, что там, одна и та же, а кажется, что холодней градусов на десять".

Ожидая положительного решения начальника караула, Ольга лениво размышляла над психологическим ощущением температуры окружающей среды, и почему она в большом городе кажется заметно выше, чем на природе. Сходу вырисовывались следующие особенности: в городе ветер значительно слабее за счет торможения масс воздуха о многоэтажные здания, а это, в свою очередь, повышает субъективный градус окружающей среды. Постоянно перепрыгивая из одного вида общественного транспорта в другой, ныряя в подземные переходы, станции метро, заскакивая по дороге в магазины, кафе и столовые, городской житель толком на улице и не бывает, поэтому не успевает остывать и ему кажется, что на улице весьма комфортная температура. Да и реально в городе на один-два градуса температура выше, хотя это самый незначительный из вышеозначенных факторов.

"Надо срочно менять шинель на тулуп, а сапоги на валенки", - решила Ольга после размышлений о субъективном восприятии человеком объективной температуры внешней среды.

На территорию недавно созданного отдельного полка специальных средств воздушной разведки попасть было весьма непросто. Сюда поступали выпускаемые уже серийно с четвертого квартала 1939 года, комплексы радиолокационной разведки "Редут", показавшие себя с самой лучшей стороны во время последнего советско-японского конфликта в районе реки Халхин-Гол. Командующий ВВС Дальневосточной армии комдив Рычагов, возглавлявший части ВВС принимавшие участие в конфликте, докладывая товарищу Сталину свои выводы из прошедшей военной операции, особенно отметил комплекс "Редут":

– Следует честно сказать, что успешные действия нашей авиации в прошедшем конфликте оказались возможны лишь благодаря новому уровню воздушной разведки и достоверным данным о действиях ВВС противника. Бойцы воздушного наблюдения, работающие на новой, радиолокационной станции "Редут", обеспечивали командование ВВС своевременной и полной информацией о действиях авиации противника. Мы знали не только высоту, направление и скорость полета вражеских самолетов, но, что особенно важно, и приблизительный численный состав. Это позволяло нам обеспечить численный перевес в каждом боевом столкновении. Поэтому, несмотря на все прилагаемые усилия, высокую выучку японских летчиков и неплохие летные качества их техники, наше преимущество в воздухе они оспорить не смогли. Единственной пожелание - побольше такой техники в наше распоряжение. На Халхин-Голе у нас сперва был один комплекс на три воздушных дивизии. Этого было явно мало, но кроме этого, я постоянно, до прибытия второго комплекта техники, гнал от себя мысли, что мы будем делать в случае неполадок. Нам просто повезло, что первая поломка случилась после прибытия и ввода в строй второго комплекса. К хорошему очень быстро привыкаешь, товарищ Сталин, а после этой операции, я уже не представляю работу штаба любого подразделения ВВС без информации получаемой от станции "Редут". Самые минимальные потребности ВВС, это одна станция "Редут" в распоряжение каждой авиадивизии, а лучше две, основная и резервная.

Но об этом в настоящее время приходилось только мечтать. За весь 1939 год было выпущено всего шесть комплексов прошедших военную приемку. В 1940 году планировалось изготовить восемнадцать и еще столько же в первом полугодии 1941 года. Для пятидесяти авиадивизий, которые Генштаб планировал развернуть в западных военных округах, даже по одной станции не получалось. А ведь были еще крупные промышленные центры и стратегически важные производства, типа бакинских нефтепромыслов, которые руководство просто обязано было прикрыть самыми современными средствами ПВО.

"Тришкин кафтан... и так во всем", - с горечью подумала Ольга, некстати вспоминая цифры и планы выпуска 23-мм зенитных автоматов.

Наконец все формальности были закончены, Ольга получила временный пропуск, предписание обменять его завтра на постоянный, который ей вручат в особом отделе полка.

– Подойдите к телефону, товарищ старший лейтенант.

– А кому я уже понадобилась?

– Начальнику особого отдела, капитану госбезопасности, товарищу Ледневу.

– Старший лейтенант внешней разведки Светлова у аппарата.

– Товарищ старший лейтенант, зайдите ко мне.

Ольга в своей короткой жизни уже неоднократно встречалась с этой особой породой людей, которые любую, самую невинную фразу умеют произнести так, что после этого, вместо желания продолжить разговор, возникает острое желание дать собеседнику в рожу. Даже если он на другом конце провода. Задавив родившийся порыв на корню и проигнорировав услышанное, Ольга попыталась скопировать тон и модуляции голоса капитана.

– Товарищ капитан, соберите у командира полка, на 11-00, всех командиров ведущих занятие с курсантами. Там и познакомимся. Дайте указание начальнику караула, чтоб бойцы помогли нам отнести вещи в комнату, показали где у вас оружейная, у меня с собой опытные образцы оружия и боеприпасов, не хочу их хранить в комнате. Затем проводят нас в столовую, мы еще сегодня не завтракали. Возьмите трубку, товарищ сержант, - она протянула трубку начальнику караула.

Скрипнув зубами, капитан отдал соответствующее распоряжение сержанту караула и позвонил начальнику особого отдела московского ПВО, в составе которого и был создан новый полк.

– Товарищ майор, тут к нам прислали с инспекцией некую Светлову, старшего лейтенанта внешней разведки. У нее на руках предписание, подписанное наркомом ВВС Смушкевичем. Там сказано, что все ее указания обязательны к выполнению командованием полка. Так эта дамочка уже взялась и мной командовать, хотя мой отдел под ее предписание не подпадает.

– Ты, капитан, сам догадаешься, куда свой гонор засунуть, или тебе подсказать? До особого распоряжения выполнять приказы Светловой, как мои личные. Вопросы есть?

– Никак нет!

Майор понятия не имел, кто такая Светлова, но он очень много слышал о службе внешней разведки возглавляемой легендарным Артузовым. Тот был одним из немногих работников НКВД, не только сохранившим свою должность, но и сумевшим отпочковаться от всесильного наркомата внутренних дел в отдельное управление. К тому же он хорошо понимал, что значит предписание подписанное самим наркомом ВВС.