В феврале 1945 г., когда состоялась эвакуация сотрудников КОНР из столицы Рейха, Кромиади продолжал оставаться в Берлине. Им было организовано оформление документов, предоставлявших право покинуть город всем желающим соотечественникам. В том же месяце он выехал в Карлсбад (Карловы Вары) [596] .

9 апреля 1945 г. Власов назначил Кромиади начальником эшелона гражданских служащих КОНР. С этим эшелоном он выехал из Карлсбада в Ванген, однако из-за налета американской авиации вынужден был остановиться в Мариендабе (Марианские Лазни). 16 апреля, находясь с эшелоном на железнодорожной станции Пльзень, Кромиади попал под удар американской бомбардировочной авиации, получил тяжелое ранение и ожоги. С помощью военнослужащих КОНР ему удалось добраться до баварского города Фюссена, где он был срочно госпитализирован [597] .

24 апреля 1945 г. Кромиади в последний раз видел Власова. Главнокомандующий ВС КОНР наделил Кромиади особыми полномочиями: он должен был встретиться с представителями союзного командования, донести до них содержание Пражского манифеста и политические цели комитета, и добиться гарантий предоставления политического убежища для всех служащих КОНР, включая солдат и офицеров. Кромиади предлагал Власову переждать некоторое время, чтобы не попасть в руки Красной армии, но Власов не посчитал нужным принять этот совет. Он продолжал верить, что Великобритания и США не выдадут его Советскому Союзу, и надеялся, что РОА будет спасена и станет единственной реальной силой, когда произойдет неизбежное столкновение между Западом и Востоком. Однако Власов глубоко заблуждался, а Кромиади убедился в нежелании американцев обсуждать какие-либо политические вопросы, касающиеся судьбы военнослужащих ВС КОНР, что явилось недобрым предзнаменованием, указывавшим на скорую трагедию РОА [598] .

Торжественное собрание в Доме Европы. Берлин. 18 ноября 1944 г. Выступает А. Власов. За ним стоит И. Сахаров

Помимо Баерского, Жиленкова, Сахарова и Кромиади, во власовском проекте приняли участие и многие другие «осинторфовцы». Так, Сергей Никитич Иванов, первый руководитель РННА, ставший сотрудником СД и штурмбанфюрером СС (принят в РОА в чине майора), в феврале 1945 г. возглавил в районе Братиславы разведывательную школу войск КОНР (которая лично подчинялась генерал-майору Ф. И. Трухину). Школа готовила разведчиков и диверсантов для совершения терактов над высшим командным составом Красной армии. В апреле 1945 г. школа переехала в окрестности г. Моннзее в 30 км от Зальцбурга. После капитуляции Германии личный состав школы перешел в американскую оккупационную зону [599] .

Советский публицист Г. Анзимиров в характерной для него площадно-хамской манере так пишет об инициаторе проекта «Граукопф»: «Сергей Иванов еще в конце 1942 г. был отозван в Берлин за растрату казенных денег. Этот человек подвизался впоследствии на должности начальника одной из разведшкол. В 1945 г. он с радостью сдался американским войскам. Собака нашла себе нового хозяина» [600] .

Рудольф Риль (Кабанов), также одно время возглавлявший РННА, окончил школу пропагандистов в Дабендорфе и дослужился в РОА до звания полковника. В декабре 1944 г. его назначили заместителем начальника оперативного отдела штаба ВС КОНР, а в начале января 1945 г. — исполнявшим обязанности старшего офицера связи между генералом Власовым и штабом войск КОНР. В феврале 1945 г. Риль по совместительству занимал должность начальника 1-го отделения оперативного отдела штаба войск КОНР [601] .

Иван Матвеевич Грачев, командовавший в РННА II батальоном, перейдя в РОА, стал начальником разведывательного отдела штаба ВС КОНР и в феврале 1945 г. получил звание подполковника. Грачев организовал успешную заброску в тактический тыл советских войск нескольких разведывательных групп. Войну он закончил в районе Крумлау (Чешский Крумлов), сдавшись вместе с сотрудниками штаба представителям 3-й армии США [602] .

Николай Иванович Коровин, который командовал 633-м батальоном в составе 700-го полкового штаба, в декабре 1944 г. был переведен в офицерский резерв при штабе ВС КОНР. В дальнейшем Коровина назначили на должности заместителя начальника оперативного отдела штаба ВС КОНР. Весной 1945 г. он получил звание подполковника РОА. 9 мая 1945 г. Коровин сдался вместе со штабом в плен представителям 3-й армии США [603] .

Николай Петрович Николаев, бывший командир 635-го батальона, входившего в состав 700-го полкового штаба восточных войск особого назначения, активно участвовал в формировании 1-й пехотной дивизии РОА. Николаев уделял большое внимание подготовке офицеров штабного звена, занимался боевой выучкой личного состава и созданием дивизионного штаба (включая органы разведки и контрразведки). В феврале 1945 г., занимая должность начальника штаба дивизии, Николаев получил звание подполковника ВС КОНР, участвовал в разработке и осуществлении боевых операций соединения, в том числе Пражской, когда бойцы РОА пришли на помощь восставшим. 12 мая 1945 г., после вынужденного роспуска дивизии, он оставался вместе с Власовым и Буняченко в американском плену, до выдачи советской стороне [604] .

Арсений Петрович Демский, одно время командовавший в РННА II батальоном, также в конце войны оказался в РОА. В апреле 1945 г. ему присвоили звание подполковника и назначили на должность заместителя начальника командного отдела штаба ВС КОНР. В конце войны он сдался вместе со штабом в плен представителям 3-й армии США [605] .

Во власовском эксперименте приняли участие и такие «осинторфовцы», как М. И. Головинкин (в ВС КОНР — подполковник), И. Г. Юнг (майор ВС КОНР), П. В. Каштанов (капитан ВС КОНР), граф Г. П. Ламсдорф (капитан ВС КОНР), В. А. Ресслер (сотрудник СД с апреля 1942 г., с ноября 1944 г. — личный переводчик генерала Власова, по-видимому, в качестве прикрытия носил звание обер-лейтенанта вермахта) [606] .

Таким образом, «осинторфская группа» офицеров, тесно связанная с германскими спецслужбами (вначале с абвером, затем — с СД), оказала серьезное влияние на появление и становление РОА. Занимая в Комитете освобождения народов России и в его Вооруженных силах разные должности, имея доступ к ближайшему окружению генерала А. А. Власова, бывшие руководители РННА сыграли заметную роль во власовском проекте. Их знания и опыт, полученные на оккупированной территории Советского Союза, а также связи, приобретенные в процессе взаимодействия с военной разведкой и «Черным орденом», использовались главным командованием ВС КОНР.