Шрифт:
Перебравшись через жерди, он отшвырнул в стороны двух дерущихся существ.
«Сначала позаботиться о Мэлдреде. – думал Дамон. – Потом быстро разобраться с оставшимися чудовищами и заняться Рики».
Бывший рыцарь, походя, вонзил меч в живот похожего на собаку существа, которое бросилось на него, и равнодушно перешагнул через труп. К нему сразу же подскочило другое чудовище, тот самый скелетоподобный монстр, которому оторвали крылья. Тот, кто некогда был людоедом, клацал челюстями, высовывал раздвоенный язык и вытягивал руки, чтобы схватить пришельца за горло, но Дамон легко отшвырнул почти невесомое тело и вмиг избавил несчастного от страданий.
Наконец он нашел Мэлдреда.
– Мэл… – позвал Грозный Волк. – Мэл, слышишь меня?
Тварь, возвышающаяся перед ним, имела некоторое сходство с Мэлдредом, но шипела, плевалась и скребла когтями землю, как дикий зверь.
– Мэл!
Чудовище посмотрело на Дамона, потом перевело глаза на меч в его руке. В этом взгляде явственно читалась мольба.
– Нет! – отрезал Грозный Волк. – Я не буду тебя убивать. Ты мне почти как брат.
Мэлдред завыл и медленно, неохотно выпустил когти, но Дамон ловко увернулся.
– Ты же владеешь магией, Мэл! Так воспользуйся ею! Борись!
Силач в облике монстра снова кинулся на Грозного Волка, чтобы вынудить его защищаться.
– Не позволь Нуре победить – из каких бы глубин Бездны она ни явилась, – убеждал Дамон, старательно избегая копей друга, – Используй свою магию!
Мэлдред запрокинул голову и с усилием проревел несколько слов на языке людоедов, остервенело срывая когтями чешуйки с груди и шеи.
– Сосредоточься! – подбадривал Дамон, вспоминая, как мутилось его собственное сознание под воздействием красного тумана. – Борись с этим!
Губы силача зашевелились быстрее, произнося загадочные, таинственные фразы. Бледно-желтое сияние окутало его деформированную фигуру.
– Вот так! – поддержал Грозный Волк друга, видя, как чешуйки, одна за другой, вспыхивали и растворялись. – Сосредоточься!
– Дамон! Иди сюда! Скорее!
Дамон отвлекся на зов Вейрека, который махал руками как сумасшедший.
– Рики нужна помощь! – Юноша сидел на земле, неловко скособочившись; на его коленях покоилась голова полуэльфийки.
Грозный Волк посмотрел на дальний край деревни, где толпились люди-прислужники. Они явно нервничали, но никто не смел сдвинуться с места. Бросив еще один взгляд на Мэлдреда, Дамон поспешил к Рикали.
– Дамон! Помоги Рики! – На обожженном кислотой лице Вейрека было написано смятение. – Дамон, кажется, она умирает. Рики как-то рассказывала мне, что тебе приходилось врачевать раны прямо на поле боя. Сделай что-нибудь! Она беременна, Дамон. Пожалуйста, сделай что-нибудь. Спаси мою жену и ребенка… А если ты не поможешь, я…
– Не грозись тем, чего не можешь исполнить.
Суровый голос и испепеляющий взгляд заставили Вейрека замолчать. Грозный Волк опустился на колени рядом с Рикали и посмотрел в ее пепельно-серое лицо.
«Беременна? – подумал он. – Мало того, что она вышла замуж за этого юнца, так оказывается еще и беременна. Сплошные сюрпризы».
На щеке и руке полуэльфийки зияли глубокие следы укусов, и от них по коже уже поползли неровные багровые полосы.
– Ступай в хижину, ту, что ближе всего к колодцу, – велел Дамон. – Внутри стоит перевернутая корзина. На ней – глиняный горшок с травами. Там же найдешь мешки – тоже с травами. Неси все сюда. И поспеши.
Грозный Волк сел, вытянул ноги и осторожно забрал Рикали у Вейрека. Юноша тут же со всех ног бросился к указанной хижине. Дамон ласково погладил пальцами раны полуэльфийки. В его движениях была нежность, которую Грозный Волк долго держал при себе, выражение жесткой решимости покинуло лицо, и на нем проступило что-то вроде сострадания. Он давно уже не проявлял к полуэльфийке нежности. Обиды прошли и сменились чем-то похожим на сострадание.
– Замужем и ждет ребенка, – сказал Дамон тихо.
Просторные одежды хорошо скрывали слегка округлившийся живот.
Вейрек принес из хижины все, что смог унести. Он примчался к Грозному Волку, хмуро поглядывая на троих людей-прислужников, которые явно шли в том же направлении.
Дамон перебирал корни в одном из мешков. Почти все они были слишком сухими, но он все же смог отыскать единственный, в котором еще оставалось немного сока. Этим корнем Грозный Волк натер самый глубокий укус. Большинство трав и растений оказались непригодными, но нашлись и подходящие для составления целебной смеси, которой Дамон присыпал щеку Рикали. Мешочек размером с кулак, содержавший грубого помола порошок, Дамон отправил в карман. Пальцы наткнулись на серебряную шкатулку и символ Кири-Джолита. Полезной добычей стал и другой мешочек – со смесью дробленых корней и мха.